Незнакомец под луной

– И посмотреть, есть ли тут ювелирные магазины?

– Совершенно верно, – кивнула Ким, довольная, что он так хорошо ее понимает.

Трэвис улыбнулся, открыл дверь в коридор, и они стали спускаться по лестнице.

– Хорошая мысль! Может, найдем кольцо, которое тебе понравится.

– Я не копирую работы других людей, – сухо обронила она.

Они подошли к обеденному залу, которого Ким еще не видела.

– Я подумывал о таком, которое ты захочешь носить до конца жизни.

Она хотела сказать что-то еще, но ее прервал хор приветствий.

– Ты должен меня представить.

Трэвис кивнул в сторону столика на четверых.

– Это Пенни. А ее ребеночка ты знаешь. Остальных я в глаза не видел.

– Обитатели остальных номеров, – весело заметила она.

Когда Трэвис пытался добиться цели, он не жалел никаких средств. Неужели теперь он захотел ее?

Она все время спрашивала себя об этом.

Пенни – миссис Пендергаст – взглянула на Ким и показала на два пустых стула. Ким она показалась красивее и моложе, чем ожидалось. На лице почти нет морщин, и фигуру она сохранила. На ней прекрасно сидели черные льняные брюки и белая рубашка. Из-под волос выглядывали жемчужные серьги, купленные Расселом в магазине Ким.

– Как пожелаешь, – прошептал Трэвис.

Ким без колебаний подошла к столу и села, не сводя глаз с миссис Пендергаст.

– Я не слышала о вас ничего, кроме хорошего, – начала она.

– То и дело попадает в беду, а ма его вытаскивает, – вставил Рассел.

Пенни взглядом велела сыну остановиться. Но он только улыбнулся.

– Я тоже много лет о вас слышу – кивнула Пенни.

– В самом деле? – удивилась Ким. – Я понятия не имела, что Трэвис с кем-то обо мне говорил.

– Он показывал вам табличку?

– Еще нет, – вмешался Трэвис, заказывавший завтрак официантке. У стола стоял антикварный буфет, уставленный серебряными блюдами под крышками, но, по-видимому, он хотел, чтобы еду ему подавали.

Пенни подалась к Ким:

– Если хотите что-то со шведского стола, лучше пойти туда сейчас, пока мой дядюшка Берни всего не съел.

Она кивком показала на угловой столик, где высокий тощий мужчина атаковал три нагруженные с верхом тарелки.

Ким извинилась и, подойдя к буфету, положила себе яичницу, колбаски и тост из цельнозернового хлеба. Вернувшись к столу, она остановилась, чтобы посмотреть на троицу.