Незнакомец под луной

Я все твержу ему, какая классная команда выйдет из него и Рида. Мой брат спускается по вертолетным лестницам, чтобы спасать людей. Он…

Трэвис посмотрел на нее так странно, что она замолчала.

– Все равно, что велосипед, верно? Нужно сделать это, даже если грохнешься на землю.

Он улыбнулся, потому что она так здорово все понимала. Но с другой стороны, она уязвила его самолюбие, разглагольствуя о том, что умеют делать другие мужчины.

– Я – за, если ты – за, – кивнула она.

– Но ты должна мне довериться, – серьезно ответил он.

– Разве я не сидела на велосипедной раме, когда ты взбирался на земляной холм?

Он улыбнулся так, что Ким захотелось его поцеловать. В его глазах светились не только благодарность, но и удовольствие.

– Ну, держись, – выдохнул он и взялся за рычаг переключения скоростей. – Положи руку на подлокотник кресла, а другую сюда и держись. И не кричи. Крики меня отвлекают.

Услышав это, Ким широко раскрыта глаза. Почему-то очень захотелось попросить выпустить ее отсюда. Но она этого не сделала.

Положила руки, куда было велено, уперлась ногами в пол и кивнула. Она готова.

Трэвис с широкой улыбкой перевел рычаг на первую скорость и тронул машину с места. Но к полному потрясению Ким, «БМВ» все ускоряла ход, и он не подумал нажать на тормоза. С молниеносной реакцией он огибал ямы или проезжал над ними, а когда дорогу загородило упавшее дерево, Трэвис резко свернул влево, и машина встала, как показалось Ким, под углом сорок пять градусов, после чего помчалась прямо на гигантский дуб.

Ким очень хотелось завопить. Предупредить его, что сейчас они врежутся в дерево. Но она затаила дыхание и даже глаз не закрыта.

Трэвис снова вильнул влево и разминулся с деревом не более чем на дюйм, так близко, что у Ким вырвался вздох, больше похожий на мышиный писк.

Не снижая скорости, он мчался вперед, а когда наткнулся на холмик из переросшей травы и гнилого древесного ствола, колеса оторвались от земли. Пока они летели, Ким подумала, что это, должно быть, последние минуты ее жизни.

Она глянула на Трэвиса, единственного, кто увидит ее в это мгновение.

– Держись, крошка, – велел Трэвис, и, как ни странно, машина встала на все четыре колеса, они приземлились по другую сторону холмика и продолжали мчаться к зданию.

Он повернул руль с такой силой, что казалось, руки вот-вот вырвутся из плечевых суставов. Машина остановилась у здания. Так близко, что Ким могла бы опустить окно и коснуться его. Но она не пошевелилась. Потому что примерзла к месту.