Няня для военного

– А знаешь что, – в голову приходит гениальнейшая идея, но озвучивать её пока не собираюсь, потому что обнадёживать Андрея, не зная, что скажет его отец, не хотелось. – Есть у меня одна идея. Не школа, конечно, но тебе понравится.

Вскакиваю с места, вручая кожуру от банана мальчику, и воинственно иду на кухню. Так, чтобы Александр поддержал мою идею, его нужно было задобрить. А старая русская еда всегда была хорошей взяткой.

– Эй, а мне сказать? – слышу в спину и быстрее скачу на кухню. Нет-нет, раньше времени не скажем.

Оказавшись у холодильника, недовольно осмотрела его содержимое. А что собственно Генеральский любит? Может, торт с орешками? Гречку с котлетами? Нет, всё не то.

Взгляд цепляется за последние заварные пирожные, которые так любила и, скрипя сердцем, взяла коробочку. Положила лакомство на тарелку, и заранее попрощавшись с ними, пошла к начальнику.

Если он мне с ними откажет, значит, не пробиваемый. Но ничего, у нас есть запасной план. Перед ним точно не устоит.

Уже оказавшись перед дверью, немного заволновалась. Вчерашние слова Александра до сих пор всплывали в голове, заставляя меня почувствовать укол вины. Возможно, даже совести, которой у меня не было, а тут резко и внезапно появилась.

В общем, взяли себя в руки и пошли!

Выпрямилась, сделала грудь колесом, попу назад, подбородок вперёд и заходим. Хватаюсь за ручку и вламываюсь в кабинет, на ходу крича:

– Разрешите войти! – так, тарелку вперёд, смущение назад. Главное, ничего не перепутать.

– Уже вошли, – слышу в ответ и чуть улыбаюсь. Вроде бы было не так страшно, как я думала изначально. Правда, пока снова не увидела Генеральского. И снова безупречен, зараза, как и всегда. Особенно в своих очках, которые сводят меня с ума. – Что хотели?

Тьфу ты, Юлька, соберись.

– Пирожные будете? Последние остались, –  в ход идёт первый план, но, кажется, Александр почти сразу же его разрушил, произнося твёрдое:

Не сдаёмся, и идём напролом!

Подхожу к столу, и ставлю перед ним тарелку.

– Может, будете? – настойчивее спрашиваю, видя, как мужчина опустил взгляд на лакомство, стоящее перед его носом.

– Сначала гречка, теперь это. Интересно, что будет потом?

Если вы сейчас не станете сговорчивей, Александр, то мне придётся воспользоваться тяжёлой артиллерией.

И везёт мне, когда мужчина всё-таки берёт в пальцы десерт и делает один укус.

– Слушаю, – вот так сразу и надо было. И правильно мама говорила, что сердце мужчины лежит через желудок.