Няня для военного

– Да-да, вы отдыхайте, – промямлила, жестикулируя от нервов руками.

– Павел, присмотрите за шашлыком, – сказав эти слова, Александр пошёл в дом. Я как хвостик побежала за ним, нервно перебирая холодными пальцами воздух.

Как только мы зашли в дом и направились на кухню, услышала рядом с собой голос начальника.

– У вас чудесные, воспитанные братья.

– Сама воспитывала, – после этих слов, горделиво выпятила грудь вперёд. Они – моя маленькая гордость, потому что в них я вложила много сил.

– Удивлён, – заулыбался мужчина, обижая меня.

Выдохнула, предпочитая промолчать. Потому что сделать их такими тихими для меня было огромным трудом. Сложно было бы управляться с двумя детьми, когда те бы вечно хулиганили. Поэтому пришлось потратить немало сил, чтобы они вели себя красиво.

Оказавшись на кухне, сразу же подошла к холодильнику, открывая его. Александр отвлёкся на тарелки, к которым и пошёл, доставая их из ящиков.

Достав несколько салатов и нарезок, снова посмотрела на верхнюю полку, где преспокойно лежали разные соусы на подносе. Можно было бы оставить их и забить, но… Это же главное для шашлыка.

Снова встаю на носочки, начиная тянуться рукой до подноса, и когда уже почти что беру его в руки, чувствую на своей талии горячую ладонь.

Именно сегодня  я надела белоснежный топ с открытыми плечами и животом, из-за которого почувствовала каждую подушечку пальцев на своей коже.

Несколько резких движений и я уже сижу на металлическом холодном столе, поднимая взгляд на Генеральского. Его рука все ещё не пропала с моей талии, что заставило меня покраснеть.

Посмотрев в лицо мужчины, почти сразу же готова была выйти в окно, лишь бы не чувствовать этого смущения.

– А-александр Н-николаевич, – из-за всей этой ситуации начала от неловкости заикаться, не понимая, что происходит.

– Юль, вот скажи, – начинает резко, заставляя меня замолкнуть  и задрожать от его тона.

Сглотнула, понимая, что если Александр перешёл на «ты», жди эмоциональной встряски.

– Не понимаю, – выдыхаю, только сейчас замечая, что мои руки лежали у него на груди. Видимо, как-то оказались на ней, когда мужчина поворачивал меня к себе, сажая на стол. Он был холодным, но сейчас мне было не до него.

– Я просил тебя так не одеваться, но ты всё равно продолжаешь, – говорит мне в лицо, и по спине проносится холодок.