Няня для военного

Боковым зрением увидела, как мужчина сел за стол и пожелал всем приятного аппетита. Я, что-то пробурчав себе под нос, засунула вилку в рот. Ели мы молча, и эта тишина сильно напрягала. Кусок не лез в горло, да и я, в общем, была не голодна. Дьяволята тоже молчали, иногда поглядывая на отца.

Александр Николаевич уже не выглядел таким разъярённым, но было видно, что он сдерживался, чтобы случайно не ответить резко или зло. У кого-то день явно не задался, и что-то мне совсем не хотелось попадать под горячую руку.

Малышня ела долго и за это время я успела насладиться оладушками с клубничным вареньем и чаем.

– Юлия, – раздался голос начальник в тишине и звуках стуков металла о керамику. Этот тихий, вкрадчивый тон мне ой, как не понравился. – Учительница по английскому пожаловалась, что дети сегодня опоздали на уроки. Как это вышло?

Услышав это, подняла голову со своей тарелки и посмотрела в лицо Генеральского. А что вы на меня так смотрите? Вот лучше у кровинки своей спросите.

В общем, если я сейчас не скажу что-то нормальное, меня уволят. Коза, блин, а не учительница.

Соберись Юлька и быстро думай. Только не мели ерунды, прошу тебя один раз в жизни.

– Появились некоторые трудности, – протянула, пытаясь выиграть время. Посмотрела на чертят, чтобы те не посмели и пискнуть. Сама эту кашу заварила, когда уснула и мне её же теперь и расхлёбывать.

– Вы уснули, и дети сбежали, так? – всё. Эту учительницу я больше ненавижу. Потому что у меня в голове только что появилась идея и теперь она была разрушена.

– Так, – опустила голову как нашкодивший щенок, теребя пальцами край скатерти. А что врать и пытаться вывернуться, если он обо всём знал? Представляю, он сейчас и так злой, а ему ещё и пожаловались меня.

– У вас одно предупреждение из трёх, – ещё бы знать, о чём он говорил. – Напортачите ещё два раза, и вы уволены.

Фу-ух, отлегло. Он прямо смиловался надо мной, давая мне ещё один шанс. И я не собиралась его терять, потому что с этого самого часа легкомысленная Юлька по кличке «Филин» становится серьёзней всех на свете.

Раз воспитанием этих детей никто не занимался, эту задачу я возьму на себя. Они будут у меня ходить как шёлковые, по струнке и больше не посмеют вставить мне палки в колёса!

Но я видела, что по их маленьким улыбочкам, это сделать они и собирались. Услышали и поняли, что ещё два моих просчёта, и вылечу с этой работы. А детки тем временем  проведут время с отцом.