Няня поневоле (СИ)

Но оранжевый цвет бросается в глаза. А значит, меня можно обнаружить. Вытряхиваю все содержимое на пол и выворачиваю сумку наизнанку. Обычная серая кожа, ничем не примечательные карманы. Вот только фирменный медальон в углу сообщает об изнаночной стороне. Но многие люди и понятия не имеют, что настоящая брендовая вещь имеет внутри маленький жетон с порядковым номером.

Но сейчас мне до этого нет никакого дела. Выхожу из туалета и осторожно оглядываюсь по сторонам. Все коридоры заполнены пациентами, и очень легко затеряться в толпе.

«Боженька, пронеси!» — шепчу беззвучно. Бегом спускаюсь по лестнице и останавливаюсь в нерешительности около перехода в главное здание. Если пойти обычной дорожкой, то выход только один, и именно около него стоит машина Шмелева, а рядом пасется моя основная охрана. Мимо этих точно не пройти. Бультерьеры, блин!

А вот если спуститься ниже, я попаду в детское отделение, а оттуда выйду на соседнюю улицу. Сяду в трамвай, доеду до вокзала. А оттуда на шаттле в аэропорт.

«Отличный план, — говорю самой себе и, отодвинув загородку со знаком «стоп», спускаюсь вниз.

Этот вход в детское отделение — служебный. Обычно пациенты заходят с другой стороны. И если мне повезет…

— Здесь прохода нет, — останавливает меня толстая медсестра и машет похожим на сардельку пальцем.

Я останавливаюсь как вкопанная. Наверное, нужно было бежать через главный вход. Может, и удалось бы проскользнуть мимо людей Шмелева.

— Гавриловна, пропусти, умоляю, — шепчу я, узнав в строгой бабке свою давнюю коллегу.

— Ой, Полька, ты? — всплескивает она руками. — Я же тебя сто лет не видела. Говорят, что ты за богатого старика вышла.

— Вышла, Гавриловна, вышла, — причитаю я. — А теперь сбежать хочу. Пропусти меня, пока не хватились.

— Накушалась сладкой жизни, — понимающе кивает старуха и, схватив меня за руку, тянет в другую сторону. — Я сейчас с нашим водителем поговорю. Он тебя до вокзала подбросит. Все равно ему ехать мимо. Только белый халат накинь, чтоб не мелькать перед камерами…

Примерно через час, оказавшись в шаттле, я понимаю, как мне повезло.

Потом решу, куда дальше. Сейчас главное убраться по добру по здорову.

— Подальше-подальше, — стучат колеса.

— Беги, не оглядывайся, — трепыхается сердце.

— Ты где, котенок? — приходит сообщение от мужа. — Тамара тебя что-то потеряла.