Няня поневоле (СИ)

 — Ну же, не трусьте!

Назарет криво усмехается и укоризненно качает головой. Мне кажется, что его лицо озаряется светом.

— Ничего никогда не боялся. А теперь аж душа в пятки уходит. Слышу, как бьется маленькое сердечко. Это что-то невероятное.

— Сейчас я достану кокон и уложу туда Марка, — говорю я тихо и, не дожидаясь ответа своего строгого работодателя, лезу в нижний ящик комода. Выуживаю оттуда нечто, похожее на гнездо. Кладу в люльку Марка, а затем, забрав его самого у отца, осторожно устраиваю внутри.

— Это еще что за фигня? — недоверчиво интересуется Назарет.

— Специальный матрасик для новорожденных. Избавляет их от газиков. Видите, ножки чуть приподняты, — объясняю я.

— Чего только ни придумают, — бурчит Назарет и смотрит на меня недоверчиво. — А где вы эту байду взяли?

— Нашла среди приданного. Вы, наверное, с Жанной покупали и забыли…

— Нет, — морщится Назарет. — Марку все необходимое покупала моя мама. Жанна себя неважно чувствовала почти всю беременность.

«Кому ты заливаешь, — хочется насмешливо бросить мне.

Вздрагиваю, понимая, что наверняка Жанке пришлось несладко. Видела я бабушку Марка. Заносчивая бесцеремонная особа.

— Замерзли? — скупо улыбается Назарет. — Быстренько сушите волосы. Берите радио-няню и приходите в кухню. А я распоряжусь по поводу чая.

— Потом поем, — пытаюсь отказаться. — Мне лучше остаться с Марком.

Честно говоря, я тушуюсь. Бегала мимо Назарета в одном полотенце. И что он вообразил, одному богу известно. Но до этого вечера он меня чаевничать не приглашал.

— Линара, — строго бросает хозяин дома. — Здесь командую я.

Ничего не остается, как второпях помыть голову и слегка посушить волосы феном. Заплетаю косу и, глянув на спящего Марка, спускаюсь в кухню. А там уже заботливые руки Эллы нарезали буженину и несколько видов сыра. На плоском блюде важно лежат бутерброды с черной икрой, а в менажнице насыпаны горками сухофрукты.

— По какому случаю банкет? — спрашиваю, глядя на Назарова, открывающего бутылку с вином.

— Мы справились с Марком, — вполне серьезно заявляет он. — Нужно это отметить. И вообще, когда вы ели в последний раз?

— Часов в пять, — бодро заявляю я. — Я всегда ем в это время. А после уже нельзя.

— Прокурор запретил? — фыркает Назарет и добавляет с укором. — Придется мне вас контролировать, Линара. Это никуда не годится.