Ничего не возьму с собой

А когда через время возвращалась к тексту, то оказывалось, что он очень даже неплох. Ну, находила, конечно, мелкие огрехи: вот тут бы и тут она сегодня сделала бы его немного по-другому, но в целом ей все нравилось.

А «Последнюю улику» она любила — так, словно эту книгу написал кто-то другой. Не то герои были близки Диане, не то сам сюжет, который в одну из ночей просто приснился ей. Нет, не полностью, а какими-то урывками: вот вокзал, на скамейке девочка, ей холодно и страшно, и какая-то женщина забирает девочку себе, и это совсем чужая женщина, и Диана знает: ребенка отдала женщине собственная мать.

И хотя иногда ее огорчало, что вот не может она жить как все люди. Но с другой стороны: а где гарантия, что Бог, глядя на то, как иногда фордыбачат его творения, не расстраивается? И ему, может быть, тоже хочется жить как все нормальные боги: нюхать фимиам и слушать восхваления, принимать почитателей и снисходить в мир, чтобы пообщаться с девственницами, которые потом рожают всяких атлантов. Но конкретно этот Бог слишком занят тем, что обустраивает мир, и ему приходится нелегко, потому что граждане, сотворенные им, постоянно норовят сделать какую-то гадость: то войну затеют, то еще что-то такое.

Диана, конечно, не претендовала на вселенский размах, но и в ее мире иногда случалась неразбериха. Ведь иногда, создавая очередной текст, она подозревала в преступлении одного человека, а в итоге оказывалось, что это и не он вовсе — не может быть душегубцем главный подозреваемый, и виновник всех злодейств — совсем другая личность.

Диана вошла в здание управления, отягощенная мыслями и судками с едой. Дежурный приветливо улыбнулся ей — жену генерала Бережного все знали, она нередко угощала сотрудников вкуснейшей выпечкой, особенно когда генералу приходилось оставаться в управлении на ночь.

Диана поднялась по ступенькам, думая о том, что задерживаться не стоит, пора домой. Лиза, конечно, посидит с Аленкой, но злоупотреблять ее добротой нехорошо. Аленка, безусловно, могла бы час-полтора побыть одна дома, но Диана знает, что дочка не любит оставаться одна.

Диана обернулась. Навстречу ей шел, нешироко раскинув объятия, Игорь Капинус. Вот уж кому Диана всегда искренне была рада, так это Игорю.