Ничего не возьму с собой

Да, в последние дни ей казалось, что Игорь чем-то сильно обеспокоен, но напрямую она не спросила — с ним это не работало. Он со своими проблемами обычно маялся сам и только потом ей рассказывал, и тут вопросы могли только оттянуть взаимодействие.

Но в данном случае социофобия стоила ему жизни.

— Ты… там… поминки. Вы меня подвезите, пожалуйста.

Никита, молчавший все время, решил не подавать признаков жизни, чтобы нервная девица, чего доброго, не выскочила из машины с криками. Он уже понял, что происходило в семье Недзвецких: красотка-мать вышла замуж за неудачника.

Прогадала по молодости, бывает. Дети получились, точнее не получились, — в отца. Значит, мужа — под каблук, а детей, чтоб не мешали, просто не замечать. А рядом живет лучшая заклятая подружка, у которой и муж получше, и жизнь побогаче, и дочка симпатичная. Поэтому внешне все должно быть безупречно. Да только безупречность эта фальшивая, как мех на ее горжетке, стоит только взглянуть на обгрызенные до крови ногти Влады.

— Ты на поминки не пойдешь? — Влада делает вид, что Никиты нет в машине, до того ей неудобно от его присутствия.

 — Твоя мама рассердится, если ты не придешь.

— Пусть сердится, если ей больше нечем заняться. — Аня вдруг ощущает необыкновенную легкость. — Но ей же все равно, ты знаешь.

— Им всем… — Влада вздохнула. — Я… хотела спросить. О работе. Игорь говорил, мне надо выходить на люди, где-то работать. Но кто меня возьмет?..

— Приходи ко мне в среду, что-нибудь придумаем. Где наш магазин находится, знаешь? Вот и приходи часика в четыре.

Придешь?

— Я… да, наверное, приду. — Влада съежилась, нервно дернув себя за волосы. — Ладно, я пошла, пока.

Она выбралась из машины и пошла по лужам, не заботясь о своих сапожках.

Аня старается не смотреть на Никиту. Ей ужасно стыдно за то, что сделал Игорь, ужасно стыдно, что она этого не знала, а ведь могла и узнать, если бы пришла к Игорю, когда он звал.

Но теперь-то что толку голову пеплом посыпать, ничего уже не изменишь.

— Надо полиции рассказать.

 — Аня вздохнула. — Но из Влады им этого ни за что не вытащить, она и мне-то рассказала едва-едва, ты же сам видел.

— Тогда поехали в полицию, а потом к матери. — Никита вздохнул. — Не люблю я похороны…

Аня отчего-то знает, что Никита сейчас думает о своем отце.

— Когда отец служил в Казахстане, у нас в военном городке был капитан, а у него сын пятнадцати лет. Такой, знаешь… хулиган, в общем. Выглядел он, кстати, лет на тринадцать.