Ничего не возьму с собой

Из своего укрытия Диана видела, как двое молодых мужчин подошли к одному из разбитых окон в цокольном этаже и скрылись в здании. Она осторожно приблизилась к окну — пахнуло запахом плесени, холодного бетона и экскрементов — видимо, нужду справляли прямо в помещении. Диана отстраненно подумала о том, что нужно приложить усилия, дабы не вляпаться в дерьмо.

Осторожно, чтобы не порезаться об осколки оконного стекла, она пролезла в окно, села на подоконник и опустила ноги вниз, нащупывая пол и пытаясь рассмотреть, что внизу.

Потом махнула рукой и соскользнула с подоконника, стараясь не произвести больше шума, чем требовалось.

Осторожно нащупывая ногами дорогу среди битых кирпичей, Диана двинулась вдоль стены, прислушиваясь.

Где-то внизу были слышны голоса.

Диана выглянула из разбитого дверного проема, но в коридоре было слишком темно.

Она ступила в коридор — голоса зазвучали громче, но слов было не разобрать.

Диана понимает, что поступает опрометчиво, но если Виктор и Дэн здесь, значит, ей точно надо сюда.

Диана спустилась по лестнице и оказалась перед дверью цокольного этажа. Дверь была сработана из такого крепкого дерева, что годы сырости и перепадов температур не справились с ней. Диана думает, что дверь, возможно, скрипит, но внизу слышны голоса, и вряд ли скрип кто-то услышит, там люди всецело поглощены собой.

Нащупав ручку, Диана потянула тяжелую дверь на себя — как и предполагалось, дверь заскрипела, но подалась. Она проскользнула в щель и оказалась в галерее, опоясывающей довольно просторный зал.

Когда-то здесь собирались студенты и просто зрители. Хотя практика анатомических театров ушла в прошлое, но Диана содрогнулась от одной мысли, что были люди, которых подобное зрелище могло заинтересовать. Ну, не считая студентов, конечно.

Внизу сохранились анатомические столы, предприимчивые бомжи не успели добраться до них. Возможно, не нашли, а может, просто побрезговали, кто знает. Диана присмотрелась — четыре стола, к которым привязаны четыре человека.

И среди них Диана увидела Игоря Капинуса.

«Ты-то каким боком? — Диана подсчитала тех, кто суетился вокруг столов. — Пятеро… Игорь-Игорь-Игорь… И что ж ты каждой бочке затычка?»

На остальных столах лежали Реутов, Васильев, а третий человек — Никита Радецкий.

Тонкая, как змейка, девушка в бесформенной куртке, болтающейся на ней, как на вешалке, упорно набирала чей-то номер.

— Кто-нибудь сегодня разговаривал с Русланом?

Ее тонкий голос, как щебет канарейки, взлетел к сводам зала.