Ничего не возьму с собой

— Нет, — гулкий мужской голос раскатом грома ударился о стены. — Мы девку привезли, оставили в ящике. И он велел ехать к тебе, а сам остался тут.

— Но его нет. Иди притащи сюда девку, я же не знаю, где вы ее оставили. — Девушка, в которой Диана признала Габриэллу, снова набрала номер. — Алло, Руслан?

Кто-то ей ответил, и она в ярости отбросила телефон.

— Руслан у полиции. — Габриэлла подошла к столу, к которому был привязан Виктор, и толкнула его. — Эй ты, хватит придуриваться. У вас мой брат.

Откуда-то из подвала поднялся громила, которого послали за какой-то «девкой».

— Нет ее там, ящик кто-то разбил.

Габриэлла взвизгнула от ярости и вцепилась Виктору в одежду.

— Я убью вас всех. — Она оглянулась. — Дайте-ка мне нож, я вскрою ему брюхо. А ты прикончи второго. Старика оставим как обменный фонд.

— А этого? — Один из бандитов кивнул в сторону стола, на котором лежал Никита. — С этим что?

— Для этого у меня есть забавная шутка, — Габриэлла засмеялась.

Она занесла руку над Виктором, и Диана выстрелила, понимая, что выстрелить во второго бандита не успеет и Дэн, возможно, не выживет, но Габриэллу она могла достать и знала, что не промахнется, а второй бандит стоял под неудобным углом.

И она выбрала Габриэллу.

А еще проклятая девка давно ее раздражала.

Второй выстрел прозвучал в унисон с ее собственным — с другой стороны галереи.

Диана поднялась, целясь в бандитов, замерших внизу.

С другой стороны галереи поднялся Бережной.

Бережной еще не решил, чего он хочет больше, наорать на Диану или обнять.

— Рая присматривает.

— Рая — это хорошо. — Бережной выстрелил еще раз, и бандит, потянувшийся за оружием, подскочил. Пуля попала ему под ноги, отрикошетила от бетонного пола и вогналась в рассохшуюся деревянную панель.

Снаружи слышны сирены, и через минуту галерея и зал были заполнены полицейскими.

— Ну, погоди ж ты у меня, Андрюша.

В ее душу снизошел покой. Счастье было настолько всеобъемлющее, оно вернулось к ней, держа в руках такое невероятное облегчение, какое бывает лишь после дурного сна, когда выныриваешь из кошмара и понимаешь: слава богу, только сон.