Ничья земля. Книга 2

Из-за низких, плотных облаков его по-зимнему мутный матовый шар не был виден, но там, на западе, слева от направления их движения, взбитая ветром пена снежных туч уже окрашивалась в розовые закатные цвета.

Метров через восемьсот Сергеев понял, что они въехали на минное поле, которое будет тянуться до самого Тракта. Левин при установке заграждения расстарался не на шутку, маршрут, которым вел их всадник, был сложным, запомнить дорогу составляло нешуточную проблему, но если сейчас воспользоваться треккером GPS, то обратный путь можно проделать с закрытыми глазами.

На Тракт «хувер» выбрался в сумерках. Тракт – одно название, что Тракт, – до катастрофы был дорогой местного значения, обычной асфальтовой двухрядкой, изрядно побитой грузовиками, а теперь, когда почти все Приграничье стало «запреткой», приобрел почти мистическое значение. Успешно выйти на Тракт означало пересечь свои и чужие минные поля, и далее, двигаясь на восток по змеящейся дорожке, добраться до так называемого Триангла, места, где клином сходились все три границы.

Там, по фольклорной статистике, делалось больше всего попыток перехода. Там же, по статистике Сергеева, 99 процентов из них оканчивались неудачей, а значит, смертью беглецов.

Сергеев собирался двигаться не на восток и не на запад. Тракт служил ему ориентиром. Вдоль него – всего 25 верст, как рассчитали они с Вадимом. А оттуда на север, строго на север, через лес. Как там «хувер» пройдет – хрен его знает. Дай бог, чтобы не заросла просека. По Тракту двигаться – себе дороже.

Тут, в Приграничье, по Тракту гуляли разные людишки – от сбивавшихся в стаи голодных охотников за человечиной до летучих отрядов местной бандоты, вооруженной до зубов, и схлопотать кумулятивный заряд в борт здесь было легче легкого. Значит – прочь с дороги, благо, сколько хватало глаз, повсюду тянулось гнилое редколесье, а густой, похожий на тайгу сосняк заползал на асфальтовое крошево лишь языками.

Проводник приблизился вплотную к «хуверу» и, когда Сергеев выглянул из люка, перегнувшись из седла, пожал ему руку.

– Удачи! – пожелал Алексей.

Он уже не был таким «колючим», как в день их приезда, вполне дисциплинированный и доброжелательный парень с девичьими, красивыми глазами необычного разреза. – Здесь осторожнее. Шумели на неделе. Чужие проходы через минное поле там, – он махнул рукой на восток, – мы их еще не нащупали. Но вам туда и не надо. Ну что? Я поехал?

– И тебе удачи, – сказал Сергеев. – Осторожнее. Уже почти темно.