Ничья земля. Книга 2

– Так, может, не буди лиха, Сергеев, пока оно тихо? Помнишь историю со стрельбой по повысительной? Долбанут в ответ так, что долго будем кровью харкать.

– А без этого не долбанут? – спросил Умка. – Ты же опытный вояка, Левин, ты же знаешь когда затишье? Затишье всегда только перед атакой. Да, я иду за Молчуном и выцарапаю его оттуда, даже если мне придется сравнять эту богадельню с землей. Но если мы правы, если мы с тобой не ошиблись в предположениях, то эта база на старой станции – один из ключевых элементов вражеского плана.

Они готовятся очистить территории. Не знаю, зачем, но то, что очищать будут от нас – это точно. И есть у меня намерение им обедню попортить. Ты с грузом от Али-Бабы все понял? Если я не вернусь, все заботы лягут на тебя.

– Постараюсь. До свидания. Свидимся.

Саманта прижала Сергеева к груди сильно, но осторожно. И ничего не сказала. Все было сказано до того. Сергеев чувствовал себя последним подлецом по отношению к ней и ничего не мог с этим поделать.

Забираясь в люк, Сергеев оглянулся. Лев Андреевич и Саманта стояли рядом и уходить не спешили. Белый, еще недавно пушистый снег был истоптан и местами разглажен «юбкой» «хуверкрафта». Накрытый для проформы маскировочной сетью кибуц дымил печками – натапливали на ночь, чтобы не подбрасывать дров, на сторожевых вышках нахохлившимися воробьями сидели часовые в дохах.

Вьюноша призывно махнул рукой, пуская коня боком, словно маршал на параде, Умка еще раз посмотрел на Саманту, виновато улыбнулся, приподняв уголки губ, и нырнул в тесноту кокпита.

Несмотря на то, что из центра кабины исчезла композиция с носилками Али-Бабы, свободнее в «хувере» не стало. Левин не поскупился на оружие, щедрой рукой отвалив сергеевскому экспедиционному корпусу изрядный арсенал. Пожалуй, боеприпасов могло хватить на то, чтобы организовать государственный переворот в какой-нибудь небольшой африканской стране, вот только такого заказа нынче ждать не приходилось.

Предстояло ввязаться в бой с неким нечто, ни силу, ни оснащенность которого Умка и представить себе не мог. Но не мог и уклониться от боя, каким бы ни был его исход. Не мог и не хотел.

За рычагами управления восседал Вадим – теперь, набравшись опыта, он вел машину, как заправский профессионал, держа катер метрах в пятнадцати от идущего неспешной рысью проводника. Солнце готовилось свалиться за горизонт.