Ничья земля. Книга 2

Ты понимаешь, о чем я говорю?

– Так что, куда и кинь – ты проиграл, Мишенька. Стоило ли устраивать весь этот балаган? Ведь понятно было, плетью обуха не перешибешь…

За дверями загрохотала винтовка Ирины. Рысина невольно вздрогнула, зато Мангуст и ухом не повел. В зал заглянул Вадим, весь в саже, словно сбежал с пожара. Он мазнул взглядом по мизансцене, оценил ситуацию и показал рукой вокруг и в сторону лестницы: Мол, никого нет, я помогу!

Сергеев едва заметно кивнул головой, и коммандос исчез. К мощному рявканью «галила» присоединился сухой треск АК.

– Ты им скажи, пусть сдаются, – предложил Мангуст, усмехаясь. – Этот твой чумазый все равно погоды не сделает. Обещаю, мучить никто никого не будет, умрете по законам военного времени, с честью…

– От твоих рук? С честью? – удивился Сергеев. – Андрей Алексеевич, не смеши…

– Я же тебе говорила, Андрей, – Рысина достала из лежащей перед ней пачки сигарету и закурила от тяжелой, похоже, золотой зажигалки. Она нервничала, но не так, чтобы сильно. Разве что слегка подрагивала рука, держащая сигарету.

Она выдохнула дым густой белой струей и посмотрела на Умку, как на редкую инкунабулу.

– Тебе же хватило ума, чтобы не палить в нас с порога? – спросила Елена Александровна. – Так почему не хватает ума, чтобы прекратить бессмысленную стрельбу?

– Вот он, – Михаил подбородком указал на Мангуста, – учил меня многим умным вещам. Например, тому, что своих не бросают. Пока они свои, разумеется. И тому, что сдаваться не надо, особенно если это не прибавляет шансов на выживание…

Сергеев, сместившись влево, видел теперь руку куратора, с зажатым цилиндром эжектора.

– Так что у нас с вами пат, – закончил он.

Стены дрогнули от разрыва гранаты. Через дверной проем в зал влетел клуб пыли и дыма.

– Вы, конечно, можете попробовать застрелить меня, но я почему-то думаю, что в этой ситуации шансов у вас немного.

На лестничной площадке опять застрочил АК.

– Людей у вас больше нет, – продолжил Сергеев, не сводя глаз с противников. – И сейчас все зависит только от меня, от вас и от моих друзей на лестнице. Я очень привязан к этому мальчику, и если с ним сейчас что-то случится, вы отсюда живыми не выйдете. Я разорил ваше кубло и не собираюсь останавливаться на полпути.