Ничья земля. Книга 2

Несоответствие. Не могли эти двое так спокойно вести себя, если бы не были уверены в том, что имеют козыри в рукаве. Приход сюда Сергеева – не неожиданность. Истомин их предупредил, а это значит, что они должны, просто обязаны были приготовить теплую встречу. Приход Сергеева, похоже, застал охрану врасплох. Почему? Неужели трудно было подготовить засаду и решить все проблемы несколькими залпами из укрытия? Так что же получается? Не потому ли мы сейчас здесь, что именно так захотели эти двое? Ведь понятно, что, прорвавшись, Сергеев будет продвигаться вперед не оставляя камня на камне! И под эту лавочку на Умку можно списать что угодно! Любые потери! Что же хотят скрыть Мангуст с дедовой женой? Растраты? Бред.

Рысина никогда не нуждалась в деньгах. Мангуст тоже. Что тогда? Неужели саму технологию? Очень похоже, очень…

Зная бешеную страсть Мангуста решать судьбы человечества и вполне подходящие для этого личные качества бабули – имеем наиболее вероятный вариант. Что остается в сухом остатке при таком течении событий? Результаты получены, но образцы и материалы уничтожены бывшим оперативником, свихнувшимся на почве жизни в Зоне.

Программа свернута. Главные действующие лица отправляются на покой. Но на самом-то деле…

Интересно, сколько готовых к действию мальчишек и девчонок спрятали они за это время за границами Зоны? Десять? Двадцать? Сто? Сотня приготовленных к программированию на любые задачи подростков, чистые диски, на которые можно записать что угодно. Сотня обученных убивать, способных привлекать на свою сторону посторонних людей, приспособленных быстро адаптироваться в любой языковой среде, при любых обстоятельствах.

И все это прописано на уровне подкорки – достаточно только купить ключ. Их можно использовать где угодно, когда угодно, даже через много лет… Убить президента? Пожалуйста! Взорвать пронесенную на теле бомбу? Никаких проблем! Сбылась Мангустова мечта – он воспитал совершенных солдат, преданных ему до последнего вздоха. Штучный товар. Товар для очень богатых заказчиков. И для собственного употребления, если появятся соответствующие идеи и необходимость.

«У меня паранойя, – подумал Умка, – настоящая паранойя. Что я себе навыдумывал? Города брали из-за простого разгильдяйства стражи, а я на том, что мы попали в здание сравнительно легко, целую теорию построил! Может, все гораздо проще? Но зачем тогда они тянут время? Чего ждут? И эти улыбки…»

Им нужно, чтобы он не стрелял – значит, надо стрелять.