Ничья…

– Заставлял верить? Хабибти, тебе всегда был легче поверить в то, что я чудовище… Ты никогда не давала мне шанса…Никогда… С самого начала…

Она молчала… Думала… Понимала… Это было правдой…Наверное…

– Разве так не легче? У меня куда более проще выходило играть роль мерзавца. Так почему бы и нет… Мирна ни в чем не виновата. Она – плод своей семьи, системы, времени… Она мать моей дочери… Я никогда бы не допустил, чтобы ее посадили в тюрьму или опозорили… И сейчас, Влада, все ее признания умрут вместе с ней… Одному правилу я навсегда останусь верен – никакого сора из дома…

А ты… Ты, малышка, наконец получишь то, к чему так стремилась… Я отпускаю тебя… Освобождаю… Не будет больше никаких низких шантажей сыном.

Бери его и спокойно сегодня же вечером улетайте… Самолет я тебе дам. Кипр, Дубай, Москва, Европа… Что пожелаешь… Мой адвокат свяжется с тобой на предмет согласования графика встреч с Микаэлем. Мы будем с ним регулярно видеться, но так, чтобы не беспокоить тебя, чтобы мы больше не пересекались, не попадались друг другу на глаза… Ты достаточно страдала, Влада… И это я идиот, кругом не правый…

Я действительно любил… Любил, как мог… Как умел… И даже если моя любовь была для тебя болезненной, знай, что она была самой сильной, самой искренней, самой чистой… Прости меня за все… Постарайся простить… Если сможешь…

– Почему ты вернулся… обратно… в тот дом? – тихо спросила она…"

"Он молчал.

Влада неотрывно смотрела на него. И даже не понимала, что испытывает. Сердце уже настолько было разорвано в клочья, что новая волна боли отзывалась в нем лишь очередной судорогой…

– Уходи, – глухо ответил он, – уходи, черт тебя дери, пока отпускаю…

Она закрыла глаза, наклонилась и поцеловала Васеля в губы… В последний раз… А потом молча вышла из палаты и направилась к выходу на глазах у ничего не понимающего Аделя…

Уже вечером частный самолет уносил их с Микаэлем из Дамаска в аэропорт Ларнаки.

Каких – то полчаса – и она снова в другом мире… Ее мире. Где она свободная, независимая, а главное- Ничья…

ГЛАВА 45

Спустя полтора года

«Да, я счастливая женщина. У меня есть любимый сын, у меня есть любимое дело, у меня есть финансовые возможности на красивую жизнь. У меня есть воспоминания – хорошие и не очень, но они мои, это тоже мое богатство, мой опыт, я сама. Я стала вести преимущественно затворнический образ жизни.