Никогда не верь пирату

Его твердость упиралась в ее мягкость сквозь слои материи. Он прижался к ней бедрами, а его губы продолжали завоевывать ее рот. Ладони сжимали лицо Даньелл. Внезапно он оторвался от нее и стал нашептывать ей на ухо бессвязные слова. Непристойные слова. О том, что он хочет сделать с ней, когда оба останутся без одежды.

Его пальцы скользнули к ее декольте и стали дергать за лиф и рубашку. Одна грудь выпрыгнула на свободу, и он накрыл ее ртом. Даньелл ахнула, когда его губы нашли ее сосок. Кейд покусывал, лизал, проводя горячим языком по крошечному бугорку, заставляя ее выгибаться и стонать.

Потом стал сосать, и Даньелл едва не всхлипнула, прижимая его голову к себе, пока раскаленные добела молнии жара, рождаясь в ее груди, били в потаенное местечко между бедер, – то самое, о которое он терся. Его бедра поднимались и опускались в примитивном ритме, и она не хотела, чтобы это закончилось.

Когда Даньелл, наконец, нашла в себе силы оттолкнуть его, губы Кейда с чмоканьем оторвались от ее соска. Он отпустил ее руки, но продолжал прижимать девушку к себе.

В тишине комнаты слышалось его шумное дыхание.

Она нерешительно подняла руку к его груди, прижала ладонь к мягкой ткани сорочки. Его сердце билось так же беспорядочно, как ее собственное. Хорошо.

– Кейд, я должна идти.

– Позволь мне ощутить тебя на секунду. Дай мне что-то на память.

Его руки скользили по ее плечам, лифу платья, сжимали маленькие груди.

Она не хотела отказывать ему, но случайно посмотрев на маленькие часы на столе, увидела, что уже почти половина первого.

Гримальди голову ей оторвет за такое опоздание.

Даньелл схватилась за мускулистые предплечья Кейда и стиснула их. В другое время и в другом мире она позволила бы ему больше, чем просто ее коснуться. Отдалась бы этому человеку. Если безумие окончательно завладеет ею, и она когда-нибудь выйдет замуж, то лишь за такого мужчину, которому будет все равно, с кем она была раньше.

– Жаль, – пробормотала девушка, сжимая лицо Кейда все еще дрожащими руками.

Он потерся загрубелой щекой о ее щеку и поцеловал ладонь, посылая искры по ее телу.

Она гортанно рассмеялась.

– Я не сознавала, что говорю это вслух.

Кейд отнял ее руку от своего лица и переплел ее пальцы со своими.

– Теперь вы должны сказать мне, о чем жалеете.

Она выгнула бровь и ответила самым высокомерным взглядом, который только могла изобразить.

– Но я должен знать, – настаивал Кейд, мгновенно помрачнев. Но все же снова поцеловал ее руку.

Даньелл немного поразмышляла.