Никогда не верь пирату

Сбросив грязные туфли и стащив промокшие чулки, она забавляла себя мыслью о возможности сказать генералу правду. Что ответит несгибаемо-чопорный генерал на такое признание?

Но сейчас ей было не до улыбок. Оказалось, что у нее… безвыходное положение.

– Мне нужна помощь с платьем.

Девушка повернулась к нему спиной, на которой красовался ряд пуговиц, и оглядевшись, уточнила:

– Я могла бы все сделать сама, но это займет слишком много времени.

Гримальди медленно приподнял пальцем шляпу. На его благородном лице застыло выражение крайнего неудовольствия.

– Проклятье, – промямлил он, тем не менее ловко расправляясь с пуговицами. И очень быстро, чему Даньелл была немало удивлена. Похоже, генерал прекрасно разбирался в тонкостях женских туалетов. До чего же интересно!

Это открытие подтвердилось, когда Даньелл пришлось добавить:

– А теперь мой корсет.

– Иисусе! – проскрежетал Гримальди.

Даньелл рассерженно подбоченилась:

– Не моя вина, что вы заставили меня гарцевать по всему Мейфэру в одежде камеристки! Я должна была соответствовать роли, не так ли?

Единственным ответом был рассерженный стон, но его пальцы быстро справились и со шнуровкой корсета.

– Что-то еще? Сделать тебе прическу? – пробурчал он.

– Как, генерал, вы умеете шутить?!

Он надвинул шляпу на лоб и снова отвернулся, сложив руки на каменной груди.

– Не беспокойтесь, – пропела девушка, – я сама справлюсь с завязками панталон.

– Чертовски рад! Какое облегчение! – фыркнул генерал, прежде чем постучать в перегородку, отделявшую их от кучера.

– Да, генерал? – спросил тот.

– На пристань, да побыстрее, – отрезал Гримальди.

Кучер прикрикнул на лошадей, взмахнул поводьями, и экипаж помчался по мостовой.

По пути Даньелл сняла оставшуюся одежду и заменила ее костюмом юнги. К тому времени, как ее башмаки были застегнуты, а волосы – подобраны под кепи, экипаж остановился у пристани.

– Проследите, чтобы все это отнесли в квартиру матери, – велела она, ногой подвинув саквояж к Гримальди. – Вместе с этим.

Она отдала ему записку, которую написала матери. В записке, адресованной ей и миссис Хортон, говорилось, что Даньелл пришлось ненадолго уехать, но она постарается вернуться как можно скорее.

– Все будет сделано, – коротко кивнул Гримальди.