Никогда с тобой

Боюсь посмотреть в зеркало заднего вида и удостовериться в том, что щеки горят из-за того, что Тан смотрит. Подумать ни о чем больше не успеваю. Тан останавливает автомобиль, как только мы сворачиваем, и выдает таким тоном, что никакого желания спорить не остается:

На это уходит меньше минуты. Я выхожу из автомобиля и пересаживаюсь на переднее сиденье. Остаток пути жду разговоров, но их не следует, зато я замечаю через зеркало заднего вида ухмылку на лице Кима. Его явно забавляет происходящее, пока у меня тут едва не начинается нервный тик.

Во двор дома заезжаем все вместе. Салон машины покидаем синхронно. Я почему-то отчетливо чувствую витающее между нами напряжение, а потому звон ключей от авто мною воспринимается словно выстрел. Я вздрагиваю и поднимаю голову.

— Вернешь тачку завтра, ладно? — просит Тан у Кима.

— Заеду утром за вами.

Тан подходит ко мне, а Ким заводит двигатель и покидает территорию дома.

— Мама ничего не знает? — уточняет Тан и, дождавшись моего кивка, спрашивает следующее: — Подружка тоже?

— Долго будем скрывать?

Наш разговор здесь могут увидеть, но я и так понимаю, что время, когда все вскроется, неумолимо приближается.

— Еще чуть-чуть? — предлагаю тихо-тихо.

— Дотерпим до того, когда Киму придется тебя поцеловать?

Я ошарашенно смотрю на Тана.

— Что? — хмыкает. — Он мой лучший друг, а я хотел сломать ему руку.

— Я… не знала, стоит ли говорить Стефании.

Тан злится, и я чувствую его настроение, но здесь не решаюсь подойти и обнять, а сказать что-то не нахожу слов.

— Отказы не принимаются, давайте.

— Отличный шанс, Соня, — предлагает Тан, но я лишь умоляюще смотрю на него и мотаю головой.

— Ясно, — кивает. — Меня к ужину не ждите, не заинтересован.

Пока я пытаюсь переварить сказанное им, он уже поднимается на второй этаж, а мама раздраженно фыркает:

— Ни капли уважения! Как вы с ним общаетесь?!

Пожалуй, даже слишком.

Ужин с мамой и Богданом Петровичем проходит натянуто. Я быстро съедаю свою порцию и отправляюсь в комнату. Жду Тана, но он не приходит ни в восемь, ни в десять, ни после полуночи. Я открываю мессенджер и вижу, что в сети он был тогда, когда писал мне сообщение.