Николай I. Освободитель. Книга 4 (СИ)

Дело в том, что в начале девятнадцатого века в южных и черноземных губерниях мука поразительным — если не вдаваться в подробности, конечно, — образом выходила, если брать оптовые количества, дешевле чем зерно из которого была изготовлена. И это при среднем выходе готовой муки в 80–85% — остальное отруби, которые тоже имели отличную от нуля цену, однако все же существенно меньшую чем основной продукт.

Дело было именно в сложности транспортировки муки. В отличие от зерна, которое можно было достаточно просто перевозить в том числе и водным транспортом — что местные торговцы и делали, продавая его в Персию по Каспию или вывозя через порты Черного моря, — мука такое обращение переносила гораздо хуже.

Получалось, что при относительном обилии зерна в какой-то отдельно взятой местности, мука как товар там же была никому не нужна.

Но вот именно по отношению к затеваемому Сидоровыми дела — на паях с обосновавшимся недалеко от них переселенцем из далекой Италии — новая мельница была куда как к месту.

Потому что задумали крестьяне, за десять лет жизни на новом месте успевшие обрасти жирком и скопить кое-какой капиталец, наладить производство не много не мало — макарон, по рецепту своего нового, плохо еще говорящего на русском языке, компаньона.

На самом деле, главное преимущество макарон было даже не в каком-то особом вкусе — впрочем, если заморочиться, добавить в тесто побольше желтков, постного масла и еще чего-нибудь, то и вкус там тоже может заиграть новыми красками — а в возможности их долгого хранения и последующем удобстве приготовления.

То есть в отличии от цельного зерна, кашу из которого нужно варить долго и нудно, и муки, которая, как уже говорилось выше, не слишком хорошо хранится, макароны идеально подходили в качестве пиши для солдат, моряков и прочих разного рода путешественников.

— Хорошая у тебя мука выходит, Мойша Израилевич, — Степан развязал один из вынесенных им мешков с мукой и взяв оттуда щепотку растер между пальцами. Действительно в отличие от продукции старой водяной мельницы, новая паровая выдавала муку гораздо светлее и с меньшим количеством посторонних включений.

— Знаю, но спасибо, — расплылся в довольной улыбке еврей. — Это из-за чугунных вальцов. Они по-другому растирают зерно, не так как обычный жернов. — Ну и на отсев отрубей тут специальная приспособа стоит. Мука получается мельче и чище.

— Хорошо, нам как раз такая и нужна, — кивнул Степан. — За добрую работу и переплатить не грех.