Николай I. Освободитель. Книга 4 (СИ)

Глупо было не пользоваться ситуацией.

Общая стоимость проекта обещала встать в полтора миллиона рублей, при этом большую часть своей доли мы с Демидовым — Павлом, сыном Николая Никитича, который был к этому моменту совсем плох и отошел в мир иной в середине года — внесли технологиями, опытными людьми, и лишь малую часть — деньгами.

При всем при этом и в самой России металлургия, являвшаяся в эти времена одним из главных драйверов и одновременно показателем успешности экономики государства, развивалась просто семимильными шагами.

Если в 1800 году общая выплавка чугуна в России составляла около 10 миллионов пудов в год, то к 1820 году этот показатель за счет общего роста промышленности составил почти 14 миллионов пудов, а по итогам 1827 года вырос до 18.5 миллионов пудов. Огромный на первый взгляд рост, который, однако был в первую очередь обеспечен скорее эффектом низкой базы, чем реальными успехами на этой ниве, хотя и их тоже нельзя отрицать.

Тем не менее, для сравнения, Великобритания, выплавлявшая в 1800 году чугуна даже меньше чем Россия, за двадцать пять лет, увеличила объем производства в этой сфере в 3 раза!!! Пока мы барахтались в луже англичане улетали в космос, создавая экономический задел для дальнейшего доминирования в Европе и мире. И никакие Наполеоновские войны, природные катаклизмы и восстания в Ирландии, к сожалению, островитян в этом плане остановить не могли.

Если до 1820 года Россия экспортировала не малую часть своего металла в Англию, то после этого рубежа, поток развернулся уже в обратную сторону. Уже мы импортировали чугун — в частности отдельные конструкции для строящихся мостов, которые отечественные заводы отлить с нужной точностью оказались не способны, — путь и не в очень больших объемах.

Как уже писалось выше к середине двадцатых заводы на Урале уперлись в свой потолок по производительности и наращивать ее дальше стало в данных условиях практически невозможно.