Николай I. Освободитель. Книга 4 (СИ)

Несколькими рейсами на «Южные» — в 1850 году после смерти Крузенштерна они получат имя великого русского мореплавателя, до того двадцать лет архипелаг просуществует фактически со временным названием — острова были в течение 1821–1823 года переправлены полсотни казачьих семей и отдельно несколько десятков вольнонаемных работников, командированных туда на временной основе.

Первое время их присутствие, видимо, оставалось незамеченным, тем более что Аргентина как раз в это же время активно воевала за независимость от Мадрида, и на какой-то выстуженный клочок земли на юге всем было откровенно положить.

А тут видимо дошли до Фердинанда новости о нашем «самозахвате», и он решил второй протест присовокупить к первому. До кучи, так сказать.

— А что с островами? — Я пожал плечами, — поселений там не было, они такие же наши как скажем английские или вообще аргентинские. Пусть сначала со своими колониями разберется, а потом претензии выставляет.

— И что мне ответить, ваше императорское высочество? — Ливен был явно сбит с толку.

Раньше Россия такое себе по отношению к другим европейским странам не позволяла. Ничего, то ли еще будет.

— Хм… Ну вы же дипломат. Ответьте уклончиво, — я пожал плечами, — что мол сожалеем, но ничего за неимением связи с атаманом не можем ни подтвердить, ни опровергнуть. И вообще он не наш подданный, а турецкий, российское подданство казакам никто не предоставлял. Возьмите паузу, мне ли вас учить?

На этом аудиенция и закончилась, министр ушел, оставив меня в задумчивости и с твердым ощущением, что половину чиновничьего аппарата нужно гнать ссаными тряпками.

Где бы только других взять?

Тем временем летом 1823 года наступил перелом в войне седьмой коалиции. Ней после апрельской победы над соединенными австро-прусскими силами получить из сложившейся ситуации политические дивиденды не смог. Протоптавшись месяц близ Вены на полноценный штурм маршал так и не решился, а потом уже стало поздно.

11 июля о своем выходе из состава Рейнского союза и переход под знамена коалиции объявил король Саксонии Фридрих Август I.

 Одновременно с этим его войска составляющие половину корпуса Груши, действовавшего на Берлинском направлении, под покровом ночи снялись с места и ушли на юг, где в районе Лейпцига соединились с оставшейся частью саксонской армии. Такой Маневр поставил французского маршала в катастрофическое положение: на севере у него были шведы, на востоке пруссаки, а на юге — саксонцы, а под рукой маршала всего двадцать тысяч штыков.