Никому о нас не говори (СИ)

Мне нужно придумать, что сказать маме, а в голове только мысли о Тимуре. Не выходит сосредоточиться. Я то и дело возвращаюсь в то тепло, от которого сегодня проснулась. Вспоминаю сопение у себя в волосах, ощущение чужого, мощного тела рядом, сильных рук. Думаю об этом и рассыпаюсь. Хочется просто закрыть глаза и позволить этим чувствам себя поглотить.

Поэтому, когда я оказываюсь перед дверью своей квартиры, всё ещё не знаю, что говорить маме, как оправдываться.

Несколько минут я просто топчусь на лестничной клетке.

Перевязываю хвост на затылке, тру холодными ладонями лицо, пытаюсь нацедить хоть немного слюны во рту, чтобы так противно не сушило горло. Даже снимаю с себя ветровку и запихиваю её в рюкзак, потому что меня кидает в удушающий жар от страха зайти в дверь перед собой.

Но сделать это приходится. Руки мои трясутся, когда костяшками пальцев несколько раз стучу по железному полотну.

Успеваю сделать всего три стука, как дверь в квартиру распахивается. Я будто бы получаю удар под дых.

Прекращаю дышать на одном резком вдохе.

На пороге стоит моя мама: босая и закутанная в старый домашний халат. Бледная, светлые волосы растрёпаны, под опухшими глазами синяки.

Мы смотрим друг на друга, застыв по разные стороны порога квартиры.

— Мам… — я решаюсь сделать неуверенный шаг вперёд.

Она послушно отступает, пропуская меня в коридор. Я сразу же закрываю за собой дверь, встав на придверном коврике, и волна вины обрушивается на мою голову.

— Мам, прости, — шепчу, чувствуя, как в груди всё сжимается в ком.

— Где ты была? — сверлящим взглядом мама осматривает меня с ног до головы."

"Что мне ответить? Я не знаю. От вида мамы и ощутимого запаха успокоительных, что уже успел проникнуть мне в лёгкие, голова становится совсем пустой.

— Я… — мямлю и мнусь на пороге. Пальцы сильнее сжимают лямку рюкзака, висящего у меня за спиной. — Мам, со мной всё нормально.

Она молчит. Лишь шумно дышит, скрестив руки у себя на груди, а опухшее лицо со следами плохого сна каменеет на моих глазах.

— Где ты была всю ночь, Аня? — холодно цедит мама.

Я с трудом сглатываю и проталкиваю в себя дерущее горло ощущение. Голова отказывается придумывать хоть какие-нибудь адекватные идеи.

— У Сони, — бормочу я, пряча взгляд в носы своих кроссовок.

Но меня резко ведёт вперёд. Я даже теряю равновесие на какие-то доли секунды. А это мама дёргает меня к себе, схватив за рукав. Я ошалело поднимаю на неё взгляд.