Во всяком случае, снаряжать и метать те же боевые гранаты Ф-1 и РГД кроме него мало кто умел. Когда он спросил этих бывших солдат, чему их учили во время службы… Ему ответили, что в основном несли караульную службу и занимались хозработами. Еще их, как правило, регулярно откомандировывали на отхожий промысел на промышленные предприятия или сельхоз работы – воинские части таким образом зарабатывали деньги на собственные нужды.
Впрочем, бывшие срочники хоть умели стрелять. Но не менее половины так называемого учебного взвода вообще в армии не служили и никогда никакого оружия в руках не держали.
То были либо совсем молодые парни, либо не молодые но в свое время каким-то образом избежавшие призыва: студенты, рабочие, инженеры, учителя, мелкие менеджеры, охранники… Богдан в этих юношах узнавал самого себя девятнадцатилетней давности – сбитого с толку патриотической пропагандой романтика. Но уже пожившие мужики, они то зачем пошли добровольцами? Этого Богдан понять не мог. Так или иначе, именно с этим «контингентом» пришлось ему немало повозиться, научить за столь короткий срок хотя бы азам обращения со стрелковым оружием.
Но больше всего подняло авторитет Богдана его умение обращаться с гранатами. К нему, учиться снаряжать и бросать «ефки» и «ргдшки» приходили из других учебных взводов. Похоже, даже кадровые офицеры, присутствующие в учебном центре в качестве инструкторов, в этом деле оказались не очень сильны. Да и чему тут удивляться, они уже кончали не советские, а украинские военные училища, а это несравнимые величины, небо и земля.
Ведь советскую армию и советских офицеров готовили всегда к войне, а украинскую… только не к войне. Таким образом, о Богдане пошла слава, как о имеющим настоящий боевой опыт бойце.
Не будучи официальным инструктором, Богдан фактически уже через несколько дней стал исполнять его обязанности, учить личный состав учебного центра «гранатному делу». Благодаря этому его освободили от занятий по стрелковой подготовке, не сомневаясь, что такой опытный человек, конечно же, отлично стреляет.
Таким образом, осталось в тайне, что Богдан на самом деле был очень плохим стрелком. Плохо стрелял он и девятнадцать лет назад, а сейчас к тому же у него уже и зрение стало не то, а главное, он не мог нормально прицеливаться – дрожали руки. Но теперь он не только не стрелял, но и кроссы не бегал и по пересеченке не ползал. И эти его слабости благодаря славе «гранатометчика» остались в тайне.
