Несмотря на кондиционерную прохладу, дышать в столовой, казалось, просто нечем.
Жанна Валерьевна, обиженно поджав губы, тихонько шмыгала носом. Незадолго до ужина разразился скандал — увидев Максима с лонгетом на руке она перенервничала, но собак всех отчего-то решила спустить на Алёну.
«Ты же утверждала, что всё с ним в порядке!», — восклицала она гневно.
«Не ори на неё! — вмешался отец. — С этим твоим паршивцем в принципе не может быть всё в порядке. Никогда!».
Потом они ругались в кабинете, недолго, но бурно, после чего Жанна Валерьевна выскочила вся в слезах.
И теперь сидела за столом точно кол проглотила.
Ели все явно через силу. Алёна и вовсе давилась каждым кусочком, хотя, положа руку на сердце, она радовалась, что Максим сегодня дома. Понимала, что это глупо, нелогично, не гордо, а всё равно радовалась. Ну а тот, единственный среди присутствующих, уплетал за троих. Его аппетиту оставалось только позавидовать.
Быстрее всех расправившись с ужином, Максим поднялся из-за стола, с грохотом отодвинув стул.
— Как приятно было поужинать в семейном кругу, в окружении таких родных, милых и любящих людей, — с кривой улыбкой выдал он и вальяжной походкой направился к лестнице.
— А как у тебя дела в школе? — поинтересовался отец, повернувшись к Алёне.
Он как будто выдохнул с облегчением, когда Максим покинул столовую.
— Нормально, — соврала она.
Ну как ему расскажешь о такой мерзости? Просто язык не поворачивается. Да и унизительно это.
— А как занятия с Лилией Генриховной?
— Хорошо. Хвалит, — тут она слегка преувеличила.
Старуха-дикторша пусть не хвалила, но отмечала определённые успехи в борьбе с «жутким деревенским говором». А после чаепития они даже вроде как и подружились.
— Отлично! Просто так она хвалить не станет. С ней вообще трудно найти общий язык, но она очень толковая. Так что рад, очень рад. А ещё Нина договорилась по моей просьбе ещё с одним репетитором, он подтянет тебя по английскому языку. Точнее, она. Прекрасный специалист, одна из лучших. Тебе же поступать летом…
— О! Как здорово! Спасибо, папа! У меня и правда с языком не очень.
Дмитрий Николаевич довольно разулыбался.
Поднявшись к себе, Алёна на мгновение задержалась в коридоре. Вот именно здесь всего три дня назад они целовались. Алёна посмотрела на дверь Максима. Спросить бы его, почему он так стал себя с ней вести. И когда он настоящий — сейчас или тогда? Но это глупо. Да и не скажет он ничего. Надо просто постараться как можно скорее выкинуть его из головы.
