Он внимателен к мелочам, но сейчас мне неприятна его забота. О других девушках он знает так же много?
Мы едем в полной темноте по старым дорогам, которые не освещаются фонарями. В таких местах только фильмы ужасов снимать, но темнота меня не пугает. Как бы я ни относилась к Яну, я абсолютно точно могу сказать, он всегда меня защитит и закроет собой. Через пару километров я начинаю узнавать местность — заброшенный аэродром. Мы были тут с Яном, после той гонки и произошла авария…
— Приехали, выходим, — произносит Самсонов, почему-то обращается к Раяне.
Выхожу из машины, жду, когда Ян выпустит подругу. Свист шин царапает и без того натянутые нервы. Какой-то придурок решил выпендриться и затормозить прямо возле веселящейся толпы.
— С тобой все хорошо? — интересуется Яна.
— Да, — хочу ее успокоить, а саму трясет. Меня словно голую на мороз выбросили. В голове всплывают картины аварии. — Ненавижу скорость, — на эмоциях. Замечаю во взгляде Раяны обеспокоенность. Она о чем-то хочет спросить, но тут же обрывает себя.
— Ян хорошо водит, все будет хорошо, не переживай, — улыбнувшись, спешу ее успокоить. — Подожди, — возвращаюсь к машине, достаю зонт.
Мне нужно себя отвлечь. Самсонов здоровается с друзьями, вокруг них трутся девушки. Я хочу понять, есть ли среди них «та самая», но определить не получается.
— Тебе придется нас ждать, — протягиваю зонт Раяне. Она тут же раскрывает его над нашими головами. Я замечаю, как Раяна реагирует на Кайсынова. Он целуется с какой-то девкой. Эти мажоры не обременены моралью.
Ветер усиливается. Колкие капли дождя бьют в лицо. Холод забирается под одежду, которая быстро становится влажной."
"— Идем, покажу, где лучше всего укрыться от ветра, — отбирая у подруги зонт. — Все равно ничего не увидишь и не поймешь, так какой смысл стоять и мокнуть под дождем?
Идем по неровной дороге до заброшенного ангара. Крыша практически полностью отсутствует, но порывы холодного ветра слабее из-за высоких стен. Мы не единственные, кто здесь спрятался.
— С той стороны, — тыкаю пальцем в темный проем, — финишная прямая.
Не выскакивай из ангара, когда закончится гонка, дождись меня здесь. Не переживу, если эти великовозрастные придурки тебя переедут, — стараюсь шутить, а у самой от страха сводит желудок. Так и язву можно заработать на нервной почве.
— Ты чего убежала? — появляется Самсонов. У него на меня словно радар настроен. Спрашивается, чего он такой напряженный? Думал, что я сбежала? — Ника! — требовательно, когда я не отвечаю.
