— Лена расстроилась из-за моей грубости, — отводит взгляд, но тут же возвращает его к моему лицу. — Подружкам не удалось ее успокоить, она решила, что ей помогут наркотики, которые эта дура никогда раньше не принимала. Парни сообщили мне, что происходит, и указали направление, куда ее увел старший брат того типа, который сегодня устроил провокацию.
— Что было дальше? — тороплю я. Мне не нравится Лена, но зла я ей не желаю. Страшно, если она свяжется с наркотиками.
— Когда я нашел Лену в ангаре, она кричала и отказывалась пробовать.
Вавилонов скрутил ее, зажав руку, пытался попасть иглой в вену, но в темноте это сложно было сделать, а держать фонарь ртом было неудобно, — желваки дергаются на его скулах. — Вавилов-старший давно сидит на тяжелых наркотиках, родители запарились платить рехабам. Перестали его финансировать, но для наркомана из обеспеченной семьи несложно найти дозу. Он сажает на наркоту малолеток, которые снабжают его колесами, кокаином, травкой…
Я в шоке от услышанного. Пытаюсь все это переварить, прежде чем хоть что-то сказать.
С мыслей сбивает стук каблуков, быстро приближающихся к спальне.
Дверь распахнута настежь, мама влетает в мою комнату. Смотрит на Самсонова убийственным взглядом.
— Что это было, Ян? Как ты мог напасть на наших гостей? — кипя гневом, она накидывается на Яна, не замечая высокомерно вздернутой брови. — Ты испортил Нике день рождения! — если бы она была трезва, не стала бы провоцировать Самсонова на очередную грубость.
— Я испортил твой праздник, Алиса.
Этот праздник ты готовила для себя, а у Ники будет отличный день рождения, где не будет тебя и твоих гостей, — осаживает маму Ян."
"— Что это значит? — спрашивает она требовательно. Мне тоже хотелось бы узнать.
— Это значит, что мы улетаем праздновать…
Глава 26
Ника
— Улетаем? Куда? — удивленно.
— Праздновать твой день рождения. Куда? Узнаешь, когда прилетим, — отвечает Самсонов.
Я еще не пришла в себя после случившегося, чувства притуплены, а тут такой сюрприз.
Не могу понять, как отношусь к предложению Яна. Утром прыгала бы до потолка, радовалась возможности сбежать со своего дня рождения, а сейчас… Сейчас мне хочется, чтобы все ушли, оставили меня одну.
— Я не разрешаю, — вспыхивает мама, поджимает зло губы. Переводит на меня нетрезвый взгляд, потому что Самсонов на ее заявление ехидно ухмыляется.
— Ника совершеннолетняя и может не спрашивать у тебя разрешения, — Ян не может спокойно разговаривать с ней.
