Ниочёма — 2

— Валентин Михайлович, можно еще немного минералки?

— Разумеется, Олег Иванович.

Оленев, словно и не было размолвки, улыбнулся и долил напитка.

— Но мы уже подъезжаем, — добавил он. — Еще пара минут, и будем на месте.

Заимка Оленевых — это был довольно большой кусок земли, обнесенный серьезной оградой, замаскированной под частокол. КПП, охрана — всё на уровне. Возможно, что и подходы минированы, и подземные убежища имеются. Этакая небольшая крепость, где при случае можно и небольшую войнушку пересидеть.

Лимузин подрулил к двухэтажному терему из цилиндрованных брёвен.

Резные наличники, узорчатые подзоры, высокое крыльцо… почти как у песца там, в эфире. Хотя нет, у Предка, пожалуй, побогаче будет.

Появились слуги, открылась дверь машины. Олег оставил полупустой стакан в гнезде подлокотника и следом за Оленевым вышел наружу. Встал, потянулся, разминая затекшее в дороге тело, оглянулся кругом, оценивая пейзаж, и глубоко вдохнул.

Воздух здесь и впрямь был неплохим. Против питерского — во сто крат вкусней.

Правда, в поместье под Воронежем ничуть не хуже. Лес здесь хорош, и снег белый — тут тоже всё по-честному. Но чутье говорит, его собираются разводить, что тех кроликов. Что ж, поглядим, как у Глав-Оленя это выйдет.

Оленев-младший, внимательно наблюдавший за гостем, тут же встрял:

— Да, здесь у нас действительно хорошо. Это одно из любимых мест отдыха семьи.

— Неудивительно, — кивнул Песцов, решивший до поры спрятать раздражение и подозрительность под маской благодушия. — Выглядит уютно.

— Олег Иванович, не желаете перекусить? — предложил Валентин. — тем временем, и отец подъедет.

— Пожалуй, — согласился Олег и следом за хозяином прошел в дом.

Стол в малой гостиной уже был накрыт. Ничего особенного, но всё очень аппетитно: и внешний вид, и запах. Копченое мясо разного вида, мягкий свежий хлеб, тонко нарезанный сыр, красная икра, самовар с кипятком и огромный заварник под купеческой куклой. Посуда тоже стилизована под простонародное: расписные деревянные блюда и чаши, деревянные же ложки, ножи с виду столовые, но с берестяными рукоятями.

Этакий лубок. Но имитация добротная, сделанная на совесть.

Олег налил в чашку чаю, добавил сахару и лимону, отхлебнул, блаженно прижмурился: чай был хорош. А с бутербродами, да со всякими деликатесами и вовсе пошел на ура. Так, за степенной трапезой, за пустопорожней застольной беседой прошло полчаса. Где-то хлопнула дверь, и дом заполнился голосами. Спустя минуту в комнату заглянул и сам глава рода.