Ниочёма - 4

Не всегда именно стенками, но уровнем отделки, материалами, размерами комнат и комнатушек. Так, чтобы сразу было видно: вот это — помещения для слуг, это — для начальников над слугами, а это — для хана и его приближенных. И чем выше этаж, тем престижней на нём комнаты. Хан с женами обитал в самый козырных покоях на самом козырном этаже, а где-то внизу, в другом крыле дворца, жили и работали многочисленные слуги. Сункар как-то проводил среди них сокращение. Много ли сократил, мало ли — Олег не проверял: не до того было.

А тут за каким-то бесом занесло хана в служебные помещения. И одет он был, как на грех, не в парадные ханские одежды, а во что-то совсем затрапезное. Так, что и не поймёшь: то ли слуга из низших, то ли вообще посторонний человек.

И всё бы ничего: зашел и зашел, дело своё сделал и вернулся к ханской роскоши. Но попался на глаза хану мужичок из местных, из нижнеуровневых. В униформе слуги, с подозрительно оттопыривающимся в районе груди халатом. Не идёт — крадётся, да еще и оглядывается подозрительно.

Как есть, что-то стащил.

Ворьё Олег не любил. А тех, кто воровал непосредственно у него, не любил особо. Поэтому без тени сомнений зашел к подозрительному типу сзади и тихо так на ухо произнес:

Мужичок с воплем подскочил, словно шершнем в зад ужаленный. От этого прыжка поясок халата чуть подраспустился, и на пол упал изрядный кусок мяса. И бежать бы мужичку наутёк, покуда не схлопотал на орехи. Но решение он принял в корне ошибочное: подобрал выпавший кусок и напустился на самого Олега:

— Чего пугаешь? Доложу начальству — в единый миг из дворца выставят.

И даже на стройку не примут.

— А чего воруешь? — не испугался Олег.

— А ты самый честный, что ли? — стоял на своём воришка. — Все воруют. А я, можно сказать, и не взял ничего.

— Тебе что, денег не платят? — не унимался Песцов. — Нахрена чужое брать-то?

— Платят, не платят… Захотел и взял. — осердился несун. — Чего пристал? Вали отсюда, пока начальника не позвал!

— А зови! — начал закипать до сих пор не узнанный хан.

 — Сейчас разберемся, кого из нас куда выставят.

Начальство появилось словно само собой. Наверное, за углом стояло и дожидалось.

— Что за шум? — деловито спросил шустрый пухляш в дорогом халате. — Что здесь происходит?

— Да вот этот пристал, — воришка ткнул Олега пальцем. — Воровать, говорит, плохо. Сам, поди, мешками тащит, а на других наезжает.

Начальство над слугами сурово взглянуло на Олега:

— Извинись перед уважаемым человеком и ступай своей дорогой.