Он, кстати, вкусно готовит!
Накормил меня уже и рыбой, и шашлыками…"
"Так у нас повелось, что завтрак готовлю обычно я, а обед – он.
Кажется, честно.
Вечерами, когда Лиза уже спит, он иногда спрашивает меня, чего мне не хватает, предлагает что-то купить или распечатать… Я могу пользоваться его кабинетом, если мне надо…
Только мне не надо.
Хотя.
Нормальные отношения с хозяином дома – это приятно.
Сейчас он позвал меня сходить вместе за молоком.
Лиза убежала гулять, а я не против прогуляться после обеда…
Мы собрали со стола посуду, запустили посудомойку, как вдруг на крыльце раздается стук!
Глава 21
Михаил
– Миша! – кто-то стучит так, что кажется, аж стекла трясутся.
– Миша!
Черт!
Что за истерика?
Голос вроде бы знакомый.
– Миша!
Выскакиваю из комнаты в коридор.
Твою ж…
Шурка…
Стоит у меня в дверях, распахнув глаза…
Раскрасневшаяся, дышит тяжело, только сейчас она вот просто онемела!
– Что случилось?
– Миша, – голос у Шуры вдруг становится томный, бархатный, – там у школы, – она делает странную паузу и бросает на меня совсем неуместный взгляд, – что-то неладное… Давай сходим? – и моя молочница кокетливо стреляет глазками.
Да что сегодня такое творится? Полнолуние что ли?
Блин!
Школа!
Я совсем забыл о ней со своей паранойей.
А Петрович, похоже, времени не теряет.
– Я тоже пойду! – вдруг слышу боевой голос Инги. – Подождите минутку!
Дергаюсь, но деваться некуда.
– Давай, мы тебя ждем, – бросаю учительнице и выхожу из дома.
.
Инга
Они ждут меня на крыльце.
Шура как-то слишком томно вздыхает, рассказывая Михаилу о чужаках в деревне…
Слышу обрывки:
“Машины у них как в кино! А Митяй сказал, что тот, что в черном – бандит, и у него под пиджаком пистолет!”
Говорит она это ему громким шепотом с придыханием, чуть не касаясь своей грудью его плеча. А мне почему-то это очень неприятно.
Михаил смотрит на дорогу.
Вижу его напряженную спину, острые скулы.
Он скрестил руки на груди и молчит, склонив голову.
С пятачка вернулась Лиза и стоит подле отца.
– Идем? Готова? – Миша меня замечает первым.
Лиза хватает меня за руку, в два шага догоняет отца и берется второй ручкой и за его ладонь.
Ух!
Почему мне от этого вдруг неуютно?
И не только мне.
Шурка аж позеленела.
А Михаил делает вид, что все как обычно. Дескать, так и надо.
Лиза высоко подпрыгивает, держась за нас. Пропускает шаг через один. И вот так, быстро и бодро, мы доходим до школы.
И тут мое сердце замирает. Совсем по-другому. Не так, как дома.
