Няня из Чайноботтам

Берег канала и прежде был местом довольно неприятным: меж кучами мусора примостились настолько жалкие лачуги, что язык не повернулся бы назвать их домами, множество труб исходили гарью и чадом, а что уж говорить о сугубо канальной вони. Но сейчас, когда уже начало темнеть, а дождь усилился, тяжело было просто представить во всем Тремпл-Толл что-то менее уютное.

Кое-где зажгли фонари, но света они давали немного, стуку дождя по дощатым крышам подыгрывали нетрезвые крики чаек, порой откуда-то издалека доносился лязг: кто-то будто бы волочил по берегу ржавый буксир.

Когда прямо из-под ноги Джаспера юркнуло костлявое серое существо, он дернулся и проворчал:

– Еще одна крыса! Уже третья! Расхаживают здесь как ни в чем не бывало, хотя рядом находится Логово! Интересно, а в Братстве крысоловов знают, что эти хвостатые уже подобрались почти к самому их дому?

Винки вернул на макушку сползшую было кепку.

– Кажется, это была не крыса, а помойный глот.

– Что еще за глот?

– Они живут у канала и любят трущобы.

Джаспер подумал и кивнул. Любой другой мальчишка, у которого есть экономка, также исполняющая обязанности кухарки, на его месте уж точно бы поморщился, но даже крысы, в понимании Джаспера, были не худшей едой. Худшей была тушеная капуста… Уж он предпочел бы тушеную крысу, но хорошо вымытую и как следует приправленную. Джаспер считал, что даже крыса, вышедшая с кухни миссис Трикк (не сама вышедшая, а на блюде) стала бы очередным кулинарным шедевром в сравнении с гадкой, мерзкой, бурой, слипшейся тушеной капустой, которую экономка готовит намеренно невкусно, потому что она очень коварная женщина…

И хуже всего – в этом Джаспер ни на мгновение не сомневался – его вскоре ждет очень много тушеной капусты, учитывая, что он устроил: недостриг розовый куст, нарушил данное дядюшке слово, сбежал из дома, ввязался в очередную тайну…

Они с Винки шли по берегу, шлепая башмаками по грязи.

Винки был бледен и постоянно шморгал носом. Джаспер знал, что он боится. Сам племянник доктора Доу старался, как однажды сказал дядюшка, держать себя в рамках трезвых опасений, хоть и не совсем понимал, что это должно значить.