— Это как?
Быстро рассказываю правила игры, с удовольствием замечая, что мальчик заинтересовался.
— Только прячемся на полянке и в беседке, — предупреждаю сразу, видя с каким азартом Грэм смотрит в сторону парка. — Фишка не в том, чтобы сидеть несколько часов в кустах, ожидая, когда тебя найдут, а в том, что пока я тебя ищу, «застукаться». Понял?
— Да понял, что я совсем дурачок? — отвечает пренебрежительно, но я вижу, что мальчишка даже пританцовывает на месте от нетерпения.
— Ладно. Тогда прячься.
Беру Дашу на руки, мы с ней отворачиваемся и начинаем считать.
— Десять! — выкрикиваю громко. — Кто не спрятался, я не виновата!
— Ната! — повторяет дочь, довольно хлопая в ладоши.
Конечно, Грэм успевает добежать и постукать раньше, чем мы. Но вид, как я с Дашей на руках несусь по лужайке, чтобы его перегнать, доставил нам обоим несколько минут азарта и веселья.
— Теперь я ищу!
— Ну давай, — соглашаюсь и, едва дождавшись счета, быстренько прячусь в давно присмотренные кусты.
— Гы! — выдает наше местоположение Даша.
— Тш-ш-ш, — говорю ей.
И тут рядом с нами появляется… глазам своим не верю — регент! Вот почему ему не работается в середине рабочего дня?!
— Дядя! — тут же вопит Даша, тыча пальцем в сторону знакомой широкоплечей фигуры, как раз проходящей мимо наших кустов.
Недолго думая, чтобы регент нас не выдал, вытягиваю свою руку из кустов и, схватив его за кисть, затаскиваю к нам — в пространство между высокими кустами. Придавливаю его плечо, давая поять, чтобы он присел и тихо говорю:
— Вы нас сейчас выдадите.
— Кому? — спрашивает с интересом, косясь на Дашу, уже успевшую оторвать с его рубашки пуговицу, а потом на меня, в секунду эту пуговицу конфисковавшую и засунувшую в карман футболки.
— Королевскому величеству. Он как раз нас ищет. И если вы тихонько постоите, у нас есть шанс сравнять счет.
— Я… — начинает говорить регент, но тут как раз очень близко от нас проходит Грэм и я, прежде чем нормально подумать, действую на инстинктах.
Протягиваю руку и кладу пальцы на мужские губы, призывая к молчанию.
Наши глаза встречаются. Его зрачки черной волной затапливают всю радужку, где-то в глубине самой черной ночи загораются оранжевые огоньки, завораживая и не давая опустить взгляд. Гипнотизируя и притягивая. Какие мягкие и горячие у него губы под моими пальцами.
— Тише, — говорю едва слышно. Хочу глазами показать, чтобы он понял, что за его спиной ходит Грэм, но не могу оторвать взгляд от черных зрачков.
