Няня поневоле

Тянет меня с кровати и уже через несколько минут одобрительно цокает языком. Кружусь перед ним. И широкий подол черного трикотажного платья чуть поднимается, а потом снова ниспадает мягкими складками.

— Это какое-то оружие массового поражения, — довольно бухтит Назарет. — И декольте огромное, Линара. Я тебе точно запрещу так одеваться.

— Лет через сорок, милый, — улыбаюсь я, наблюдая, как муж надевает белую рубашку и темно-синий костюм от Армани.

— Выглядишь потрясающе, — шепчу, прижимаясь к нему.

— Вот мое главное украшение, — заявляет Сергей, вынимая из-под рукава тонкий браслет.

— И мое, — говорю, доставая свой.

— Сейчас опоздаем, Линара, — хмыкает Назаров, когда я тянусь к нему с поцелуем. Чмокает быстро и отрывисто. — В машине нацелуемся, — добавляет довольно.

А что еще делать, когда за окнами авто тьма и ливень?

Мы приезжаем в театр после третьего звонка.

— Странно, — морщится Назаров, поворачиваясь к своему охраннику. — Вот бы никогда не подумал, что люди Дункана и Тавриды любят искусство.

— Может, еще Синявкина встретим, — ухмыляется Слава по прозвищу Сулейман.

— Да не дай бог! — отмахивается шутливо Сергей.

Пожилая хлопотливая билетерша, больше похожая на школьную учительницу, долго изучает наши билеты и, поджав губы, отводит нас в ложу.

— Уже губернатор приехал, а вы опаздываете, — сварливо замечает она, открывая перед нами тонкую дощатую дверь. Театр старый, видимо, дореволюционной постройки. И все в нем какое-то провинциальное, но с претензией на роскошь.

Мы только успеваем опуститься в синие бархатные кресла, как на сцену выходит несравненная Лира. Обводит зал печальным взором и замирает на месте, увидев меня в ложе.

«Я тоже не ожидала, моя дорогая», — улыбаюсь я ей и незаметно приподнимаю ладошку. Замечаю ее шалый взгляд и еще не понимаю, что происходит, как Лира Амани объявляет чудесным бархатным голосом.

— За возможность выступить перед вами я сердечно благодарю руководство ФИШТ-банка и лично Илью Федоровича Шмелева!

15

Лира указывает обеими руками на первый ряд, откуда поднимается старший сын моего бывшего мужа.

Вижу злое лицо. Скорее всего, Лира нарушила грандиозные планы. И после выступления ей достанется. Илья недалеко ушел от отца. И ударит женщину, если потребуется. Отклоняюсь в кресле. Снизу вряд ли можно заметить, кто сидит в ложе, если не высовываться.

«Нужно уйти при первой возможности, — думаю я, наблюдая, как Илья, наплевав на все условности, что-то резко бросает в телефон.