Ребята начали суетливо дурачиться и толкаться, держа наготове бокалы с газировкой и соком, потом Китти Айзекс заверещала, а Эван испуганно захлопал глазами, не понимая, как вышло, что безупречный образ Рапунцель дополнился отвратительным красным пятном от томатного сока.
– Он специально это сделал! – тыкала пальцем Китти, пока мать и Милдред пытались успокоить ее.
– Я случайно, – оправдывался Эван. – Правда, – он обернулся к подскочившей Авроре, – я не хотел.
– Я знаю, – она положила руки ему на плечи, приободряя.
Такая мелочь и столько крика. Но она всё же легонько подтолкнула его к Китти – извиниться не помешает.
– Прости, я случайно.
– Ты специально! – Она оттолкнула протянутую руку, обиженно надув губы, и еще пуще закричала, покрываясь красными пятнами от истерики: – Мама!
– Эван, будь, пожалуйста, поаккуратней, – строго сказала Тори Айзекс – видимо, нервы сдавали и у нее. – А вы, – она укоризненно посмотрела на Аврору, – здесь для того, чтобы следить, вот и следите
Но поскольку нервы сдавали не только у матери Китти, замечание не было проигнорировано.
Аврора, до этого стоявшая позади, вышла вперед, расправив плечи, демонстрируя идеальную осанку и вздернув подбородок так надменно, что и отец позавидовал бы, холодно произнесла:
– Да, я няня, и это мой ребенок. Произошло недоразумение, и Эван за него извинился. Полагаю, этого достаточно.
– Милдред, отведи Китти переодеться, – велела Тори, продолжая сверлить противницу взглядом.
Они больше не обменялись и словом, но не прекращали меряться выдержкой. Наконец Тори Айзекс громко фыркнула и, улыбнувшись остальным гостям, показывая, что инцидент исчерпан, удалилась.
– Все нормально? – решила убедиться Аврора, прежде чем отпустить Эвана дальше бесноваться с друзьями.
– А, – махнул он, – эти девчонки.
Он побежал дальше развлекаться, позабыв о конфликте, – наверное, не в первый раз такое, – а вот Аврора воочию наблюдала, как миссис Айзекс стремительно подошла к компании мужчин, остановившись рядом с мистером Барлоу.
Как начала что-то говорить – явно со всей свойственной ей справедливостью описывала ситуацию. Джеймс поднял голову, глядя в ее, Авроры, сторону и, что-то сказав хозяйке дома, отделился от остальных.
Аврора боролась с желанием отвернуться, в ожидании неприятного разговора, но всё же решила, что лучше встречать угрозу лицом к лицу.
