Но Слава оказалась выносливей, чем ожидала Карла. Она все же добилась, чтобы девочки проветрили комнату. Вот только от дыма у нее все еще слезились глаза — да так сильно, что она почти ничего не видела перед собой.
— Нам как раз задали создать простейшее зелье для улучшения зрения! — вспомнила Карина. — Хочешь, мы тебя полечим?
Слава не видела лиц девочек, но была уверена: они что-то затеяли.
— Другие варианты есть? — уточнила няня.
— То есть ты не хочешь помочь нам сделать уроки? — разгневанно спросила Карла. — Вот об этом наш папа точно должен узнать.
Правда, Карина?
Сестра кивнула и жалобно добавила:
— Пожалуйста, Ярослава. Дай нам попробовать… Ну что тебе стоит?
Глава 22
Приготовленное близняшками зелье имело бледно-зеленоватый оттенок и привкус мяты с лаймом. Если не думать о магии, легко представить, будто пьешь охлажденный коктейль, чуть пощипывающий язык.
— Нравится? — спросила Карина, заворожено наблюдая за няней. — Это я догадалась добавить ягоды флоджи и растамарин. Зелье стало не таким противным, верно?
— Ничего такое, приятненькое… — сообщила Ярослава.
И почувствовала себя Алисой, провалившейся в кроличью нору. Помнится, ту девочку не довело до добра ее желание пробовать незнакомые еду и напитки. Не будет ли того же со Славой? Вдруг уменьшится или, наоборот, вырастет до гигантских размеров, подумала она, делая еще глоток.
Воображение настолько разыгралось, что на мгновение ей показалось, будто она действительно уменьшается. А еще зрение стало каким-то другим, необычным. И вкусовые ощущения изменились…
— Что за дела? — спросила няня, задирая голову, чтобы взглянуть на девочек.
И сердито добавила: — Ква!
Карина съежилась под этим взглядом, мысленно перебирая ингредиенты зелья. Что-то явно пошло не так.
Карлу действие зелья не смутило, а, напортив, развеселило. Девчонка чуть не покатилась со смеху, придерживая надрывающийся от смеха живот.
— Кажется, ягоды флоджи были лишними, — сообщила она, хохоча до упаду. — Или растамарин.
— Ква! — еще более сердито сообщила Слава.
Вот бы прописать ремня обеим проказницам: одной за то, что без разрешения преподавателя изменила состав зелья, а второй за то, что потешается над няней. Ну, никакого сочувствия.
Вот только как проучить обидчиц, пребывая в теле лягушки? Довольно крупной, размером с таксу, коричнево-зеленой и бородавчатой.
— Все хорошее когда-нибудь заканчивается, — процедила няня (благо, голос остался человеческим, хоть умение квакать и добавилось). — И я хорошая закончилась.
