— Нам конец… — прошептала Карина и обреченно прикрыла глаза.
В этот момент заплакала Дэлия. Малышка проголодалась, а, возможно, просто захотела внимания, так как еще не умела ходить и не могла присоединиться к веселому гвалту в саду.
— Чего сидите? — спросила Слава, склоняя голову к плечу. — Идите за молоком и бутылочкой. Я не могу сама, у меня лапки.
Дрожащая Карла приоткрыла один глаз и заметила Славу, сидящую совсем рядом на ветке. Несмотря на грозный и опасный вид, голос ее прозвучал не сердито.
Вроде бы.
— И ты не станешь больше садиться мне на лицо? — шепотом уточнила Карла.
— Нет, пока вы слушаетесь беспрекословно! — довольно объявила Слава. Воспитательная мера, пусть и очень необычная, принесла свои плоды. Вообще, быстрый бег с препятствиями всегда и всем шел на пользу, доказано на практике.
— Может, и папе не расскажешь? — предположила Карина, изображая из себя невинного ангела.
— То есть сам он не заметит, да? — уточнила Слава, окидывая себя придирчивым взглядом.
— Действительно, я ведь почти не изменилась.
— Мы могли бы приготовить антизелье… — задумчиво произнесла Карла.
— Ну, уж нет! — решительно отвергла предложение Слава. — Больше никаких экспериментов над няней! Если хотите, испытывайте зелья друг на друге. Я пас.
— Тогда нам конец… — охнула Карина. — Отец точно разозлится.
Глава 23
Магистр Дрэго снова прибыл в замок далеко за полночь. Уже в который раз он не успевал вернуться домой до того, как дочери лягут спать, и каждый раз корил себя за это.
Вчера пришлось принимать роды у редкой драконицы рода Кариоли, не подпускавшей к себе никого, кроме магистра, в столь ответственный момент. И пусть на свет — впервые за добрую сотню лет — появилось целых три новых особи, Дрэго чувствовал себя предателем.
Сегодня потребовалось созвать капитул из-за эпидемии огненного тифа у драконов Серых гор.
Больше сотни приглашенных лекарей и экспертов озвучили мнения, предложили варианты избавления от поветрия. Собрание затянулось надолго, и Магистр, как глава ордена, не мог его оставить. Даже ради нежно любимых дочерей.
— Как жаль, что невозможно раздвоиться… — признался Дрэго своему верному оруженосцу Мигелю по пути домой.
Конечно, магистр мог применить высшую магию и сделать свою точную копию — для него это проще простого.
