Он хоть и говорил мало, но обычно только по делу и конкретно, – Тому сейчас нужна поддержка, а не твои выплески эмоций. – он подошел к Тому и похлопал по плечу, – Ты наверно догадывался, что твой брат у Девида?
- Он у Девида?… - в этот момент Каулитц всеми силами пытался скрыть целую гамму чувств, что так рьяно рвались отразиться на лице, голосе, жестах, но удачно подавив, выдерживая наигранную паузу, продолжил, – ну да. Думал об этом. Как-никак, ему больше некуда идти… Вы бы сразу нас мириться заставили… - Каулитц лишь пожал плечами и присел.
- Вот. Можешь поехать туда и прояснить все. Думаю Девид будет рад, если вы проясните ситуацию.
- Это точно, – улыбнулся и, с потаенной ухмылкой на губах, продолжил, - думаю сейчас самое время навестить Билла… - шлепнув ладонями по подлокотникам кресла, тут же поднялся и поплел на выход, оставляя Георга в том же недоумении, а Густава в столь привычной для него тишине.
К тому времени был уже вечер. Том не спеша брел вдоль улиц, взвешивая все аргументы «за» и «против», пытаясь сформулировать план, согласно которому он вернет брата и тот его простит.
Пусть даже и не сразу, но сейчас старшему Каулитцу было важнее всего просто получить прощение от близнеца. Он был готов пожертвовать всем: даже если пришлось бы забыть все, что между ними произошло несколько месяцев назад. Он готов был порвать с Литицией у него на глазах, даже ни на миг не запнувшись, и, в первую очередь, был согласен разорвать контракт с Девидом и попросить Фридриха стать их продюсером, чтобы, не имея больше преград, навсегда оставаться с братом и их собаками.
} }
}Так Каулитц строил один план за другим, улыбаясь своим мыслям и тут же стараясь вытряхнуть этот бред из головы. И Том не заметил, как оказался на нужной улице. Он взглянул на часы, после на здание и, глубоко выдохнув, вошел внутрь, сразу же направляясь к лифту. Он знал этаж и в каком номере остановился Девид, но он даже не мог представить, чем, наверняка, смели заниматься продюсер с его Биллом.
Постучавшись в номер, Том дожидался ответа около минуты, но услышав копошение у двери, непроизвольно вздрогнул. Он нервно облизнув губы, почувствовал, как дар речи медленно, но верно утекает от своего обладателя и, как оказалось, неспроста – в проходе был немного потрепанный, наспех укутанный в халат, Билл, которого брат явно насильно поднял с постели своим визитом.
