Меня коты явно за такое по головке не погладят. Черт, надо было просто идти с повинной, нет, придумала, как все красиво устроить.
Хотела зайти к ним в кабинет, представиться и предложить начать все сначала. Как же красиво это было в моем воображении — их удивленные вытянутые лица.
Ладно, это пока подождет. Надо поговорить с Кариной, разобраться с делами в отделе и попытаться выполнить план. Пусть даже если я сама начну торчать на телефоне, мне не привыкать. Да и девочки тоже очень вдохновились, когда я к ним заглянула, прежде чем пойти к Юрию Константиновичу.
Может, все будет хорошо?
“Не будет,” — пронеслось в голове, когда двери лифта разошлись и на меня уставились двое злых мужчин.
— Я… это… по лестнице спущусь, — пискнула и быстрым шагом направилась к лестнице.
Что сейчас будеееет…
— Зоя! — рявкнул Марк на весь этаж, и я ускорилась.
Черт, главное не навернуться, все-таки на четвертом месяце беременности надо быть осторожной.
Естественно мужчины успели не только догнать, но и встать передо мной непроходимой стеной.
Хмурой, рассерженной стеной.
— Куда это ты собралась, карапузик? — ухмыльнулся Ален, с наслаждением рассматривая мой маленький животик.
Эй, а где шок? Где вытянутые лица?
— Подальше от вас! — фыркнула, скрещивая руки на груди.
Все не по плану, все снова летит в задницу.
Да, именно так.
Задница. Задница. Задница.
Большая задница.
— Это… — Марк, сглотнув, смотрел на меня с трепетом.
— Мой! — отрезала, отступив от мужчин на шаг.
— Хорошо, твой, — миролюбиво согласился, поднимая ладони вверх, и сделал шаг ко мне.
— Не подходи, — предупредила.
Прищурившись, смотрела на рыжика, упустив момент, когда Ален, как кот, бесшумно встал сзади меня.
Окружили. Что делать?
— Ты, главное, не нервничай, — продолжал Марк.
— Это по твоей части нервничать и грубить, — едко заметила.
— Я больше не буду так неуважительно с тобой разговаривать. Обещаю, — Марк смотрел виновато, как побитый щенок.
Жалко засранца. Ай, да чтоб тебя!
— Будешь, — вредничала, кусая нижнюю губу.
Почувствовав, как Ален обнял со спины, вздрогнула.
— Не буду.
— И почему же? — приподняла бровь, для виду попыталась вырваться из таких до боли приятных объятий.
Мне кажется, или Ален слишком молчалив? И ещё его реакция на карапуза такая спокойная.
— Потому что я тебя люблю, — Марк сразу же сосредоточил на себе все мое внимание.
— Любишь? — тихо спросила.
Его слова по сердцу, как кипятком ошпарило.
