Попытка отодвинуться задницей от заинтересованного стручка тоже проваливается. В результате моё тельце уже в полный рост припечатано к твердому телу. Это ещё можно переварить, а вот руки на моей груди уже слишком."
"Пока все внутри закипает, происходит несколько трагических событий одновременно. Кашель проходит и, вместо русского мата, из моего рта вырывается громкий стон. Дверь открывается и заходит Наташка с документами, которые запросил Марк Глебович. А мое тело предательски выгибается, и четыре верхних пуговицы на севшей после стирки блузке отлетают.
Мой красный лифчик, два мужских смешка и круглые глаза первой сплетницы компании.
Все. Баста. Моя жизнь больше никогда не будет прежней.
Другая на моем месте сделала бы ноги и была молодцом. Но мой чертов характер не позволил даже пискнуть от отчаянья.
Повернув голову, заметила Марка Глебовича возле двери своего кабинета. Он кусал нижнюю губу и старался не заржать в голос.
Так значит этот остроумный меня сейчас лапает???
— Ален Александрович, отпустите, пожалуйста, — спокойно попросила.
Оказавшись на свободе, поспешно подошла к Наташе и выхватила папку из рук.
— Ты должна была зайти после обеда, — заметила, проверив документы.
А что? Морда кирпичом и срать, что моя не маленькая грудь на показ. Я-то знаю, как офигенно красный лифчик сочетается с молочной кожей.
— Я подумала…То есть, я не хотела… не знала, что нельзя заходить, и…
— Можешь не продолжать, документы все, можешь идти, — отчеканила, помогая девушке выйти.
Захлопнув дверь, глубоко выдохнула и повернулась к…
Даже мысленно не буду упоминать их.
— Вот, что вы просили, Марк Глебович.
Я могла только восхищаться собой. Гордая осанка, твердый взгляд.
— Отлично, — усмехнулся, забрав из моих рук папку, и скосил взгляд на грудь.
— Я могу сегодня уйти раньше? — нагло поинтересовалась.
— Насколько раньше? — уточнил, даже не подняв свои глаза.
— Сейчас, — быстро произнесла. — Я хочу уйти сейчас.
— Что-то срочное? — едко уточнил, посмотрел насмешливо в мои глаза.
Надо же, хватило сил оторваться от созерцания сисек.
— Марк, пусть она идет, — у мудака прорезался хриплый голос. — Нам нужно кое-что обсудить срочно в кабинете.
Ален даже не извинился, даже не посмотрел на меня, быстро скрылся в кабинете, бросив на Марка Глебовича до жути странный взгляд.
— Можешь идти, — быстро проговорил тот и тоже смылся.
А я, немного постояв в кабинете, собрала вещи, надела пальто и поехала лечить нервы.
