— Что ты несешь?! — яростно произношу, сжимая телефон с такой силой, что пальцы белеют.
— Как ты со мной разговариваешь? Неблагодарная. Чтобы была на свадьбе и не одна, не надо меня позорить больше. Я после того случая с машиной Славы и твоим выкидышем до сих пор отмыться не могу. Как я могла родить такую как ты?! Дикарку!
Она сбросила. Сбросила, вынув из меня душу.
Заорав в голос, бросила телефон в стенку, осела на пол и зарыдала. Не могла успокоиться, даже когда мужчины, сев рядом со мной на пол, укачивали и гладили, как маленькую.
Что-то подтолкнуло к этому. Словно я нуждалась избавиться от воспоминаний таким способом. Я начала говорить, сначала тихо и неразборчиво, потом все громче, пока вновь не заплакала…"
"Я рассказала про все. Про то, как застукала их в постели, про то, как потеряла ребенка на третьем месяце беременности и как после выписки из больницы разбила битой машину мужа перед офисом, зная, что он наблюдает из окна. Как возвращала себя к жизни, как уехала. Обо всем, что я обычно держу под замком, частично даже от Марины.
— Она знала, что тема детей моя слабая сторона, что так можно по-настоящему задеть. Зачем она делает мне больно? За что?
— Вопрос не в том, зачем она это делает. Вопрос в том, зачем ты позволяешь ей так поступать с собой, — прижимая к своей груди, проговорил Марк.
— Я люблю ее и папу, не могу перестать общаться, хотя пробовала.
Мужчины переглянулись, и Ален спросил:
— И ты поедешь на эту свадьбу? Зой, они хотят тебя унизить, понимаешь?
— Меня хочет унизить сестра, ради этого и попросила маму меня позвать.
И она знает, что мама ради нее кого хочешь достанет из-под земли, — уже более менее успокоившись, ответила.
Встав на ноги, подошла к зеркалу и с помощью лосьона удалила весь расплывшийся макияж.
— И ты хочешь проучить? — спросил рыжик, развалившись на кровати.
— Да, — твердо ответила. — Вы же поедете со мной?
— В качестве кого? — с осторожностью спросил Марк.
— Моих мужчин. Или между нами…
Замолчала, кусая губы.
— Зоя, прекрати накручивать, — Ален подошел ко мне и, тепло улыбнувшись, поцеловал в лоб.
— Мы твои, ты наша, разве ты еще не поняла?
Марк подошел к нам, и, обняв сзади Алена, сказал:
— Я спросил для того, чтобы понять, хочешь ли ты афишировать отношения с нами. А не для того, чтобы ты задумывалась, есть ли у нас отношения. Помнишь, я говорил вчера, что нас не волнует один только секс.
— А вы хотите афишировать? — заглянула каждому в глаза.
— Хотим.
— И я хочу.
