Ночь над прерией

Наберитесь на несколько недель терпения, и вы получите вашего супруга в свое распоряжение. Кроме того, я рад вам сообщить, что Браун доложил мне о новом почине на вашем ранчо. Дом, пользовавшийся раньше лишь дурной репутацией, начинает превращаться в образцовый. Мы понимаем, что вам мы обязаны этим, и мы благодарим вас, миссис Кинг. Если за время вашего недолгого пребывания в одиночестве вам потребуется какая-нибудь помощь, вы можете в любое время прийти и изложить вашу просьбу, и мы сделаем все, что в наших силах.

— Где мой муж? — спросила Квини.

— Этого я вам, в интересах его собственной безопасности, в настоящий момент сообщить не могу. Не хотите ли вы написать ему?

— Да. А я получу ответ?

— Само собой разумеется.

— Можно написать прямо сейчас? — Когда Квини увидела, что сэр Холи высоко поднял брови, она добавила: — Только одну фразу!

— Если вам это кажется достаточным…

Суперинтендент отыскал лист бумаги без печатного текста и протянул его Квини.

— Наверное, вы правы. Таким образом можно вообще избежать всякой шумихи.

Квини написала на языке своего племени: «Инеа-хе-юкан. Я мечтаю. Тачина».

Суперинтендент дал вместе с листком конверт, но Квини отдала обратно исписанный листок открытым, несложенным.

— О, вы пользуетесь кодом?

— Нет, своим родным языком.

— Да, пожалуй, лучше передать это письмо так, как оно есть. Уголовная полиция сделает, если найдет нужным, запрос. — Суперинтендент, казалось, был огорчен. — Есть у вас еще какие-нибудь вопросы, миссис Кинг?

— Может быть, все же есть?

— Да, наверное, есть.

— Могу я пригласить адвоката?

— Конечно, можете, но это, по существу, бессмысленно, потому что он содержится под арестом не из-за каких-нибудь подозрений, а исключительно в качестве меры безопасности. Через две недели я еду в Вашингтон на конференцию при нашем Центральном бюро. Я обещаю вам, что доложу там об этом деле и будет проявлена забота о том, чтобы ни ваш муж, ни вы напрасно не страдали от мероприятий, которые в нашей молодой стране в некоторой степени восполняют недостаточную безопасность.

«Он столько наговорил», — подумала Квини. Она взяла себя в руки, подняла голову и посмотрела в глаза человеку за письменным столом.

— Сэр Холи, я еще не так много видела на свете. Резервация, интернат и Нью-Сити. Не можете ли вы мне сказать, что значит… допрос третьей степени?

Суперинтендент, казалось, не понял.