Ночь над прерией

Он уставился на Квини, пошевелил немного губами, как будто бы он хотел свою растерянность выразить словами «Я не понимаю» или «Что вы хотите этим сказать?», однако ничего подобного он не произнес.

Он взял сигарету, предложил Квини, получил отклоняющее «Спасибо»и наконец снова овладел собой.

— Миссис Кинг, если уж вы настолько глубоко разобрались в ситуации, — ваш муж, к сожалению, занял неправильную, слишком жесткую позицию. Я надеюсь, что он скоро найдет правильный тон. Джентльмен возьмет верх над гангстером.

Квини снова погрузилась в молчание.

Сэр Холи самокритично, как несколько недель назад его заместитель Ник Шоу, потушил сигарету.

— Вообще-то, — как бы между прочим заметил он, — все в рамках закона и ничего без врачебного контроля.

Сердце Квини судорожно колотилось, хотя она и хотела бы приказать ему биться спокойнее.

— Вы на машине, миссис Кинг?

Квини покинула бюро.

Подойдя к своей лошади, она на миг прислонилась к дереву, чтобы успокоить дыхание. Потом поехала вверх, к индейской больнице.

В большом холле терпеливо дожидались многочисленные пациенты, Квини нашла дорогу в комнату сестер и спросила Марго Крези Игл. Прошло с полчаса, прежде чем Марго смогла оторваться от работы на отделении для грудных младенцев и выйти к ней.

— Можно мне вечером прийти к вам?

— Мне надо еще поговорить с доком Эйви!

Марго ничего не спросила.

— Я попытаюсь его найти, — сказала она и побежала наверх.

Квини села на выкрашенный белой краской стул. Чуть пахло дезинфекцией.

Появился Эйви, затворил за собой дверь, подошел и обнял Квини за плечи. Она даже не успела подняться.

— Выше голову, не поддавайтесь! Вам нельзя теперь раскисать! Ваш муж чертов упрямец! За это вы его и любите. Мне он тоже небезразличен.

— Что вам известно, док?

— Чуточку больше, чем думает Холи. Я тотчас же направил по следу своего друга; он звонил в Вашингтон. Самое позднее, к концу каникул ваш муж возвратится. Он индеец резервации, каждое учреждение, которое имеет с ним дело, несет перед нами ответственность.

— Я бы хотела продать картину.

Квини достала из папки акварель.

— Да. Мне надо внести очередной взнос за Пегого. Со следующим большим родео…

— …теперь уже все. В будущем году! Значит, так, я беру черного быка, и, если моего кошелька не хватит, я позабочусь о компаньонах… Для начала сто долларов?

Квини кивнула, щеки у нее покраснели.