Ночь над прерией

Ведь он был пьян, а Квини слышала, что пьяный всякого натворить может.

Она добралась до ведущей навылет из города улицы и направилась в предместье, в трущобы индейской колонии. Там у нее был знакомый молодой проповедник, и она решила с ним посоветоваться.

В крохотных лачугах, где жили многодетные семьи, и вокруг них и ранним утром было оживленно.

Женщины с ведрами, некоторые с бочками на тележках шли к далекому колодцу за водой: водопровода сюда не дотянули. Квини остановилась около одной лачуги.

Дети смотрели на нее с любопытством и в то же время робко, но Квини была индеанка, она могла объясниться на их родном языке, и они скоро поняли, что она хочет узнать. Оказалось, проповедник и его жена отправились к колодцу и должны скоро вернуться.

Уже и ранним утром было жарко. Квини, пока дожидалась, покрылась потом, однако не это беспокоило ее. Она боялась, просто боялась. Запах спиртного, исходивший от брата, мучил ее.

Элк, так звали проповедника, возвратился скоро, но девушке время ожидания показалось целой вечностью.

Он тотчас сообразил, что произошло, втащил Генри в дом и пригласил Квини тоже зайти. Она заперла машину и убрала подальше ключ — необычная мера предосторожности.

В маленьком помещении она села рядом с его женой на какое-то подобие кровати, одновременно служившей и единственной мебелью для сидения, и рассказала о всех своих переживаниях и догадках. Элк стоял перед женщинами в заношенной рабочей одежде. Пьяного он просто положил на дощатый пол.

Квини еще раз обстоятельно описала три подозрительные фигуры.

— Я думаю, — заключила она, — что они заманили Генри и напоили, а теперь поджидают меня. Наверное, Генри им рассказал обо мне. Может быть, он им даже сказал, что я везу домой много денег.

— Это нехорошие парни, — медленно произнес Элк: он был озабочен и старался не выдать голосом свои опасения. — Компания Стоунхорна.

Квини опустила голову и смотрела в пол. Она чувствовала, что Элк пристально смотрит на нее, и опустила голову еще ниже, будто бы подставляя под удар затылок.

Нет, чувства свои обнаруживать она не хотела.

— Он был здесь, — сказал Элк.

Квини вскочила. Она забыла, что не хотела раскрывать себя.

— Вам бы не надо было его прогонять. Теперь все плохо… безнадежно плохо. — Квини посмотрела на Элка.

— Он спрашивал о тебе.

Квини ничего не сказала, она ждала, чтобы Элк рассказал побольше.

Элк увидел пылающее лицо.