Ночь над прерией

— Ты любишь его, Квини?! Тебе придется тогда, как и он… Еще ребенок… да, еще почти ребенок… Сегодня компания у него неважная. — Элк повторил последние слова с твердостью, которой он, казалось, противоречил самому себе.

Квини снова преобразилась. Она прямо возненавидела Элка, потому что он осмелился говорить о ее чувствах. Как бесстыдны были эти слова! Кровь отхлынула от ее только что пылавших щек, она побледнела. Ее поза и выражение лица свидетельствовали теперь лишь о том, что она ни о чем не заботится, кроме как о своем брате.

Элк понял. Или считал во всяком случае, что понял.

— Ты хочешь остаться здесь, Тачина?

Видно, он решил, что Квини Халкетт будет дожидаться Джо Кинга?

— Я не останусь. Я хочу ехать домой.

— Тебе нельзя брать с собой Генри.

Девушка беспомощно пожала плечами.

— Можно мне у вас оставить деньги?

— Ты можешь и деньги и Генри оставить у нас. Но я не могу ехать с тобой, и жена не может ехать с тобой. Нам надо на работу.

— Это нехорошо, Тачина.

— Я не могу остаться здесь с Генри. Отец должен обо всем узнать, прежде чем он услышит от чужих. Я поеду.

Элк и его жена не сказали больше ни слова. Быть может, Вакантанка, Великий Таинственный, и ее дух-защитник уберегут ее, подумали они. Они были христиане, но они рассуждали еще понятиями и представлениями своих предков.

Квини отдала кожаную сумку с деньгами и вынула еще кое-что из своего чемоданчика.

Затем она поспешила к машине, завела мотор и поехала с таким шумом, на который только и была способна эта старая телега.

Вокруг не было видно ни автомобилей, ни жилья. Дул резкий ветер.

Квини больше не задумывалась над тем, что могли тем временем предпринять бандиты, или что они собирались предпринять. Она была занята только машиной и дорогой, и она выжимала из мотора все, что еще можно было от него взять.

Потом машина заупрямилась. Может быть, бензопровод засорился песком, может быть, не работала свеча, может быть, что-то с проводами, только Квини пришлось ехать еще осторожнее и медленнее. Облака у горизонта предвещали бурю с градом. Надо было добраться до какого-нибудь жилья, прежде чем буря застигнет ее и пропадет всякая видимость. И на всем пути не было ничего, кроме мемориального комплекса Крези Хорса.