Ночь над прерией

Тачина задумалась: кто нашел здесь последнее прибежище, свою последнюю типи?

Розовый свет заката сиял над Белыми скалами. На склон долины, по которому шли Стоунхорн и Квини, легли тени. Джо ускорил шаг. Вероятно, колодец был еще далеко. Но Квини это не смущало. Они были вдвоем. Ветер доносил аромат отстоящих за сотни миль лугов, запах белых роз, смолы и далеких лесов. Стоунхорн вел ее постепенно наискось вниз, и через час они были у колодца. Они тут оказались не одни. Другие семьи тоже издалека приходили сюда.

Это место, вероятно, служило и для обмена новостями, но Стоунхорн был не склонен вступать в разговоры, а Квини была вежлива, но сдержанна. Когда с наполненными ведрами они направились в обратный путь, Стоунхорн сказал:

— Нам надо автомобиль или хотя бы мешки для воды, которые можно бы навьючить на лошадь. Не можешь же ты постоянно сюда таскаться!

— Но раньше-то вы так и делали?

— Да, но нам не требовалось столько воды, и потом, меня чаще всего не бывало дома.

Обратный путь с ношей был труден и занял значительно больше времени.

У дома их снова с лаем встретили голодные собаки. Ночное небо было чисто, и звезды сияли над темной прерией и белыми утесами. Шоссе в долине словно вымерло.

Отец еще не спал и зажег керосиновую лампу. Выражение его лица несколько изменилось, но Квини, которая его еще так мало знала, не могла сказать как. В одежде и сапогах он улегся на постель.

— Что вы думаете делать дальше? — спросил он сына.

— Квини купила себе кобылу. Я хочу заняться разведением коней.

Квини хочет еще завести кур и одну или две овцы. Теперь, когда она с нами, мы можем посадить что-нибудь из овощей и, может быть, немного картофеля. Она в этом разбирается, приходилось дома заниматься. Все, что она заработает своими картинами, мы вложим в лошадей. Цены на коней для родео растут. Мы заведем корову или несколько коров. Как только у нас будут деньги, возьмем в аренду землю.

Старик как-то странно засмеялся.

— Картинками она заработает деньги?

— Я тебе уже говорил.

— Тогда пусть лучше заканчивает школу и рисует побольше картин, вместо того чтобы возиться с овощами. Овцы! Когда это здесь слышали об овцах! Ты поглупел, что ли?!

— Ну, не стоит сейчас из-за этого пререкаться. Квини, конечно, надо закончить школу. Пока я позабочусь о лошадях. Все остальное — не раньше будущего лета, когда она покончит со школой.

Стоунхорн разлегся на второй постели, так же как и отец — в одежде и обуви. Дверь осталась открытой.