Всадник прыгал со стенки вниз на спину лошади, загородка раскрывалась на арену, и животное тотчас выскакивало, взбрыкивая и взвиваясь на дыбы.
Первым условием для победы было время: наездник должен был удержаться на спине бронка определенное время в секундах. Другие условия, которые вели к выигрышу по очкам, были связаны с посадкой наездника.
Брыкающиеся кони были особенно гибкими и сильными животными, по большей части отловленные из пасущегося на воле табуна, специально объезженные для этих состязаний с помощью особого рода ременного повода вокруг туловища, которым приводились в безудержную ярость.
Они поднимались на дыбы, брыкались, выгибая спину, так что всадник беспрестанно подлетал, как мячик, они делали невероятнейшие прыжки; если отличались еще особой хитростью и ловкостью, то взвивались на всех четырех в воздух и затем валились на землю. После истечения времени, необходимого для победы, животное продолжало подобное «представление», что не давало возможности наезднику самому спрыгнуть с коня.
Должен был подъехать помощник и взять наездника к себе, на свою лошадь, и этот маневр также таил в себе большую опасность. Некоторые лошади продолжали брыкаться и без наездника, и два помощника с большим риском удаляли их с арены.
И в седле и без седла — это был спорт отважных. Внимание зрителей было к нему крайне обостренное. Сперва ездили с седлами и шпорами, затем пришел черед претендентов на скачку без седла, которую предпочел Джо.
Участниками были любители — люди, которые по своей профессии сроднились с лошадью и лассо и на этом выросли.
Провинциальные родео не могли предложить своим участникам призов, которые бы привлекли профессионалов, ковбоев, тренирующихся в специальных школах для родео и потом от состязания к состязанию собирающихся в крупных центрах. Большинство зрителей здесь, в Нью-Сити, по крайней мере, знали дело, так как почти все они умели ездить верхом, хотя и предпочитали больше пользоваться автомобилем. Зрители не скупились поэтому на критику, если ездили плохо, и — на аплодисменты, если выступали особенно хорошо, — словом, люди за оградой чувствовали, что переживает наездник, если он после хорошей борьбы на секунду раньше сброшен и потерял свой взнос.
Лошади были различны по силе и темпераменту, соответственно и исходные условия для наездников никогда не были равными, и иные только благодаря большему спокойствию своего животного преодолевали это испытание.
