Ночь наслаждений

Энн смяла письмо и повернулась к жаровне, где горел крошечный огонек. Она всегда сжигала письма Шарлотты после прочтения, хотя это было очень больно. Эти тонкие листочки бумаги были единственной связью с прошлой жизнью. Очень часто она сидела за маленьким письменным столом, смаргивая слезы и обводя указательным пальцем буквы, написанные Шарлоттой. Но Энн не питала иллюзий относительно того, что ее частная переписка будет в полной безопасности, и понятия не имела, как объяснить содержание этих писем, если их вдруг обнаружат.

На этот раз, однако, она с радостью бросила письмо в огонь.

Не с радостью, конечно. Очевидно, больше ей не доведется испытать радостей в этой жизни. Но она наслаждалась, уничтожая письмо, каким бы мрачным и яростным ни было это наслаждение.

Энн зажмурилась, пытаясь сдержать слезы. Ей почти наверняка придется покинуть Плейнсуортов. И она чертовски злилась из-за этого. Лучшей семьи она не знала. Сейчас она не заключена на острове, как в тюрьме, в обществе старой леди, не умирает от скуки.

Не запирает дверей, боясь вторжения грубого старика, считающего, что должен обучать ее, пока спят его дети. Ей нравилось жить с Плейнсуортами. Здесь она чувствовала себя почти как в своем родном доме, чего не бывало с тех пор… как…

С тех пор как у нее был родной дом.

Она заставила себя дышать, с размаха вытерла слезы тыльной стороной ладони. Но когда уже была готова войти в холл и подняться по лестнице, в дверь постучали. Скорее всего, это Дэниел. Должно быть, что-то забыл.

Она снова метнулась в гостиную и прикрыла дверь. Нужно было захлопнуть ее, но, вполне вероятно, это ее последняя возможность увидеть его.

Припав глазом к щели, она наблюдала, как дворецкий Грэнби идет открывать дверь. Но на пороге появился человек, которого она никогда раньше не видела.

Обычный, ничем не выделяющийся мужчина, одетый как бедняк, которому приходится зарабатывать себе на жизнь. Не рабочий: для этого он слишком чист и аккуратен. Но в нем было что-то нескладное, а в разговоре слышался резкий акцент жителя Восточного Лондона.

– Все доставки – с черного хода, – немедленно заявил Грэнби.

– Я здесь не для этого, – возразил мужчина. Пусть у него выговор простолюдина, но манеры учтивые, и дворецкий не закрыл дверь перед его носом.

– Тогда чего вы хотите?

– Я ищу женщину, которая может здесь жить. Мисс Аннелизу Шоукросс.

У Энн перехватило горло.

– Здесь нет никого с этим именем, – сухо ответил Грэнби.