Ночь наслаждений

И хотя считал, что ему сойдет с рук увечье или даже убийство Энн, даже он должен понять, что похищение дочери графа ему никто не простит.

– Куда ты меня везешь? – спросила Энн.

– Разве это имеет значение?

Он судорожно сжал край сиденья экипажа.

– Ты не сможешь избежать наказания. Лорд Уинстед оторвет тебе голову, – пообещала она.

– Твой новый покровитель? – злорадно ухмыльнулся Джордж. – Он ничего не докажет.

Она вовремя осеклась, прежде чем напомнить, что Френсис легко его опознает. С таким-то шрамом!

Но Джордж, услышав, что она осеклась, мгновенно заподозрил что-то неладное:

– Что «ведь»? – вскинулся он.

Его губы скривились в подобии издевательской улыбки:

Ее глаза наполнились ужасом.

– Пока что есть, – пробормотал он. – Но скоро не будет.

Значит, он задумал убить ее. Наверное, этому удивляться не стоит.

– Но не волнуйся, – добавил Джордж почти небрежно. – Это не произойдет так уж быстро.

– Ты сумасшедший, – прошептала Энн.

Он схватил ее, вцепился в лиф платья и дернул на себя, пока они не оказались нос к носу:

– Если я и сумасшедший, значит, виновата ты!

– Ты сам навлек беду на себя, – возразила она.

– Да неужели? – выплюнул он, прижимая ее к стенке экипажа. – Я сделал вот это? – Он ткнул пальцем в свой шрам. – Взял нож и порезал себя, превратив в чудовище…

– Да! – крикнула она. – Все так и есть. Ты был чудовищем еще до того, как я коснулась тебя! Я только пыталась защититься!

– Ты уже расставляла для меня ноги, – презрительно фыркнул он.

– И ты действительно в это веришь? – ахнула Энн.

– В первый раз тебе понравилось.

– Я думала, ты любил меня!

– Это твоя глупость. Не моя! – пожал он плечами. Но тут же резко повернулся, рассматривая ее с выражением, которое можно было назвать почти ликующим: – О боже! – воскликнул он, улыбаясь с нескрываемым злорадством. – Ты снова это сделала! Позволила Уинстеду обработать тебя! Ай-ай-ай! О Анни, неужели ты ничему не научилась?!

– Он предложил мне выйти за него замуж, – заявила она, чуть прищурясь.

Джордж разразился оглушительным смехом:

– И ты ему поверила?

– Я согласилась стать его женой.

– Уверен, что это именно так!

Энн пыталась глубоко вздохнуть, но зубы были сжаты так крепко, что ее трясло, когда она пыталась втянуть в себя воздух. Она… чертовски зла. Куда подевались страх, предчувствие самого дурного, стыд? Вместо этого в крови кипела ярость.