Ночь – не искушение

В любом случае, эту мулатку мы точно не отпустим. Она что-то знает о том, что произошло в Черногории. И она расскажет нам.

Она, наконец, перестала жутко хрипеть и содрогаться, будто в нее вселился демон. Блеф сидел рядом, контролируя процесс. Он держал ее за руку, хмуро рассматривая девушку и, кажется, ничуть не замечая, что та расцарапала его до крови.

– Темная, – произнес он, когда понял, что я смотрю.

– Не значит, что злая, – продолжил я наизусть заученную фразу из Кодекса.

Блеф фыркнул и тоже добавил.

– Значит, что источник ее силы – смерть.

Мы на мгновение замолчали, когда она вновь выгнулась дугой и захныкала. Ведьма была измотана инициацией, ведь это часто болезненный процесс. Но я все равно не мог понять, почему с ней это произошло.

– Роксана не погибла, – проговорил я, требуя у Блефа пояснений.

– Вампир умер, – произнес он, будто это все должно было прояснить для меня.

– От твоей руки, – напомнил я. – Ты забрал его силы себе.

Блеф пожал плечами, продолжая смотреть исключительно на ведьму.

– Она забрала их у меня.

Я поморщился и выругался себе под нос.

– Ты позволил какой-то ведьме залезть к тебе в душу и забрать твои силы? Блеф?! Хочешь поговорить об этом?

Он поднял на меня глаза, а затем его брови взлетели вверх.

– Ты отдал сердце какой-то девчонке! Хочешь поговорить об этом?

Я сузил глаза, потому что это не одно и то же.

– Мои силы остались при мне.

– Как насчет рассудка? – спросил он, и, думаю, выиграл этот спор.

В такие моменты ценишь его выбор не разговаривать вообще.

Он собирался продолжить, но ведьма в этот момент очень сильно заорала и, судя по судорогах по телу, ей стало действительно больно. Это финальный этап. Блеф прижал ее к полу собой. А под моей ладонью сердце заколотилось как ненормальное. Я метнул взгляд на Роксану и увидел ее перепуганные широко распахнутые глаза. Страх, который таился в них, не давал мне пошевелиться. Я даже не представлял, с чего начать. Просто смотрел на нее и чувствовал, как каждая частичка меня наполняется облегчением и ощущением правильности.

– Эй, – прошептал я и отнял руку от сердца, чтобы дотронуться до ее лица. Роковая ошибка.

Вид крови испугал ее еще больше. Но даже хуже этого, что ее запах все же пробил защитный купол, который я выстроил вокруг вампирской сущности. Жажда взяла верх, и я потерял себя. Слишком быстро, чтобы даже понять, что происходит.

Все инстинкты хищника обострились, вызывая лишь одно желание – заклеймить, пометить. Укусить.