Ночь – не искушение

Здесь ничего кроме решетки в полу и ржавого крана в стене не было. Это что… Душ?

Юле пришлось несколько раз стукнуть по вентилю, чтобы наконец полилась вода. Она пахла плесенью и выглядела грязной. И даже не прикасаясь к ней, я чувствовала, что она ледяная.

Я послала укоризненный взгляд охотнику, надеясь, что ему хватит ума понять, какие мысли у меня на этот счет.

– Через пару секунд польется чистая, – прошептал он, будто оправдываясь передо мной. Потянулся рукой к узелкам платья на моей груди, и я машинально шлепнула по его ладони.

– Не трогай! Я могу сама. Юла!

– Ты все можешь сама. Знаю, знаю, – говорил он монотонно, загоняя меня в угол. А когда все же загнал, достал нож и начал разрезать ткань. Платье, конечно, уже было не спасти. Но я кипятилась из-за другого. Он опять все решал, контролировал и не давал мне выбора. Я сжимала пальцы в кулаки и губы, чтобы не закричать от злости, пока он аккуратно раздевал меня догола.

И когда ткань полетела на пол, я спиной ощутила прохладу каменной стены и жар взгляда охотника грудью.

– Шрам затянется, – проговорил он и начал раздеваться сам. А затем плавно подтолкнул меня под струю воды, которая уже была чистой, но все еще ледяной, и в его глазах заплясали чертики.

– Не волнуйся. Здесь никакой соседки, – пообещал он, вспоминая наш самый первый безумный раз на моей съемной квартире, когда крышу снесло двоим.

– В прошлый раз она тебя не остановила, – съязвила я.

Юла поджал губы, сдерживая смешок.

– Они меня тоже не остановят.

Я зашипела, как только ледяная вода попала на меня, но не рыжий. Ему, кажется, нравилось. Он наполовину вампир, наверное, все дело в этом. Эту его часть я все еще не могла ни понять, ни принять. Забыла на время, но теперь мой разум вновь взбунтовался, и я отпрянула от него, прижавшись к стене.

– А это остановит? – спросила я и показала на свой шрам. Юла перестал улыбаться и медленно кивнул.

– Я позабочусь о тебе, Роксана. Только не убегай от меня.

Я хмыкнула, отвела взгляд. Растерла предплечья, еще раз смыла остатки грязи и крови с себя и пошла к так называемой постели. Там имелись кое-какие простыни, в которые мне очень хотелось замотаться и согреться.

Я свернулась калачиком и вздрогнула, когда к спине прижалось горячее тело. Юла не стал лезть ко мне под покрывало, но даже через ткань я чувствовала насколько твердым он был.